Миндаль

Я повторил Доре те же слова, которые до этого говорил доктору Симу.

— Я думал, что если лучше узнаю Гона, то, возможно, сумею понять, что случилось с мамой и бабулей. И тогда в мире для меня станет на одну тайну меньше.

— Ну и как, сумел понять?

Я покачал головой:

— Нет. Но я получил кое-что взамен.

— И что же?

— Гона.

Дора недоуменно пожала плечами:

— Допустим, но почему его должен искать именно ты?

— Потому что он мой друг.

Это был ее последний вопрос. И мой последний ответ.

66Ветер с моря был соленый и доносил запах рыбы.

Это был запах, стирающий пространство и время. Он спутывал времена года и направление движения. Ветер словно подталкивал меня к рынку, и я растворился в нем, проскользнув мимо людей, выстроившихся в очередь перед популярным рестораном, где готовили курицу в кляре.

Из Колобка вряд ли бы получился хороший гид: его объяснения мало чем помогали. Кого бы я ни спрашивал, никто не знал, где находится лавка, торгующая бальными туфлями. Я все бродил и бродил по рынку, пока не заблудился в лабиринте закоулков.

У меня голова шла кругом от растерянности, я не знал, куда идти, поэтому просто двинулся, куда глядят глаза и несут ноги.

Зимой темнеет быстро: казалось, что только начало смеркаться, а уже наступила непроглядная темень, как в полночь. В этой темноте до меня донесся какой-то странный звук — то ли визг, то ли скулеж новорожденного щенка. Несколько раз к этому звуку примешивались чьи-то голоса и смех. Я повернул голову в ту сторону и увидел вход в темное здание.

Источником звука оказались обшарпанные металлические двери, болтавшиеся и дребезжащие на ветру. Снова послышался смех и звук разговоров. Внезапно по мне волной прокатилось какое-то странное чувство. Я попытался для себя сформулировать его сущность или хотя бы подобрать название. Это чувство было мне знакомо, я точно сталкивался с ним раньше. Но слова к нему я подобрать не мог.

В этот момент двери со скрежетом распахнулись и из них со смехом, криком и гиканьем выбежала шумная толпа подростков: кто-то был моего возраста, кто-то на два-три года старше.

Я быстро прижался к стене, и они пронеслись мимо, растворившись в ночной темноте. Меня снова накрыло какое-то подозрительно знакомое ощущение."

"Мой взгляд наткнулся на пару блестящих туфель, валявшихся на полу возле входа. Это были роскошные шпильки, все усыпанные золотистыми блестками. Подойдя поближе, я перевернул их и потрогал: подошва была из очень мягкой кожи. Похоже на туфли для латины.