Минский. Изгнанный попаданец

— Базовые знания каким уровнем магии ограничиваются?

— Но почему обучение не ограничивается только родовой стихией и магией жизни?

— У многих родители приверженцы разных магических школ. К тому же не забывай, что различные стихии могли быть и у бабушек с дедушками, так что чисто теоретически достаться после инициации может любая из четырёх стихий. Но вот сильным магом можно стать только в стихии своего рода.

— Хорошее образование даётся вашему дворянству, — согласился я. — Теперь понятно, почему даже при провале инициации некоторые из вас добиваются успехов в жизни и получают личное дворянство.

— Да, вернуть себе статус, это основная цель для всех изгнанных из родов бывших аристократов.

— Антон, а ты уже думал о том, что ты будешь делать, когда мы вернём магию?

— Да, я наконец избавлюсь от тебя, Егор, — засмеялся он, — а если серьёзно, то сначала отомщу за смерть отца, а потом обязательно создам свой род. Да, я понимаю, что это будет сложно, так как потребуется очень много денег, а ещё мне понадобится заработать авторитет в глазах старых родов.

— Справишься, — согласился я.

Вот уже вторые сутки я замечал, что последнее наше приключение очень хорошо повлияло на Антона. Он стал рассудительнее, может, даже взрослее. Буду теперь надеяться, что после того как мы с ним расстанемся, он более разумно подойдёт к своей жизни, не растратит её на пустяки.

К двенадцати дня мы миновали развязку перед Нижним Новгородом и направились в депо основного вокзала.

Через четверть часа по колёсам начали стучать маленькие молотки осмотрщиков-ремонтников. Судя по звукам, их было двое: один шёл с одной стороны состава, другой с противоположной. Они неспешно продвигались вдоль вагонов, переговариваясь.

— Антон Всеволодович, — обратился ко мне говорливый Семён, когда услышал звонкие звуки ударов, приближающиеся от головы состава, — можно вопрос задать?

— Задавай, — усмехнулся я любознательности парня.

Он почти всю дорогу от Владимира ехал с нами, развлекая своими рассказами и размышлениями о жизни. Было заметно, что он крайне пытлив и смышлён. Он только и делал, что задавал нам вопросы, ни капельки не стесняясь своей необразованности.

Прежние попутчики восприняли его отсутствие как облегчение. Было заметно ещё при нашем знакомстве, что любознательность и общительность Семёна напрягали их.