Минский. Изгнанный попаданец

— Всё хорошо, сейчас у них экскурсия будет, проведёт сам начальник охраны, думаю, до ужина дёргать тебя никто не будет, — успокоил я Ивана.

— Погоди, давай я сначала сгоняю, — вдруг спохватился сменщик, внеся в мои планы изменения, — мне быстро, минут за пятнадцать управлюсь.

— Ну ладно, коль тебе так горит. А куда надо-то, может, чем помогу?

— Не стоит, я до телеграфа и назад. Надо мамке звякнуть, предупредить, что буду уже скоро.

— Так зашёл бы к нашим связистам и позвонил, — удивился я тому, что Иван вечно всё усложняет.

— Не люблю я так, это личное, будут потом про меня сплетни пускать.

— Ваня, тебе сколько лет? Двадцать один, а ты всё как маленький, — немного огорчился я тем, что реально времени у меня будет впритык, — поступай, как знаешь.

Родные для людей непрошедших инициацию — роскошь. Обычно по сложившейся в империи традиции происходило публичное изгнание из рода, а тут на те. Странно всё это. Ладно, возможно, я просто немного мандражирую перед предстоящим делом в Москве.

Иван возвратился даже быстрее, чем планировал.

Я намеревался бежать, как только сменщик зайдёт в вагон. Преодолеть расстояние до служебного поезда обычно настоящая морока. Надо добраться до служебных путей, а это тот ещё марафон. Приходилось проходить через несколько КПП после главного вокзала. Хорошо, что в форме и с удостоверением меня пускали везде на ИЖД.

Но тут меня ожидал приятный сюрприз.

— Тебе повезло, — обрадовал меня хорошей новостью Иван, — первый поезд сопровождения в двух платформах.

Меня обрадовала эта новость, так как я понял сколько времени сэкономлю. Но всё равно быстрым шагом направился к составу. Тут всё как обычно на стоянке: каждый из поездов по периметру оцеплен охраной. Подходя к служебному поезду, заметил своего инструктора.

— Какие люди! — увидев меня, он приветливо замахал рукой.

Бодрый старичок небольшого роста — единственный на всю охрану мастер клинка. А это как-никак пятый уровень.

— Здравствуйте, Александр Степанович, — улыбнулся я, заразившись от него хорошим настроением.

Вот бывают люди, при виде которых становится как-то тепло на душе. Инструктор Антона был как раз таким человеком.

— Что же ты, — укоризненно покачал он головой, — как из больнички выписался, так больше на тренировки и не ходишь. Раньше почти на каждой крупной станции ко мне бежал заниматься. Иногда даже гнать приходилось тебя за шиворот. И вдруг перестал посещать не только мои, все тренировки.