Минус ангел

Если не получится исправить связь, он попробует переслать ваше письмо напрямую в почтовый ящик Габриэля. И ему по фиг, что тот зашифрован – Кардан спам даже заместителю министра связи РФ посылал, у него общий объем мэйлов в пик сезона составлял 25 миллионов штук.

– Ни хрена себе, – удивился Шеф. – Как это его не убили еще раньше? Хорошо, он нам подойдет. Только предупреди этого Кардана, что если потом я на свой мэйл получу спам с «виагрой», уборщица его пепел в совок сметет.

– Я боюсь, это его не остановит, – рассмеялась королева.

– Но что тогда? Я говорю, чтобы присылали обоих в вашу приемную сию же минуту?

– Да, – согласился Шеф. – Другого выхода все равно нет. Буду ждать.

Реклама пожарного топора явно удалась.

Глава двадцать четвертая

Время было не такое уж и позднее, но Габриэль выглядел помятым и несвежим, – циничный Малинин на секунду предположил, что высокопоставленным руководителям Рая в качестве исключения позволено употреблять крепкие алкогольные напитки. Калашников, напротив, воспринимал ситуацию нормально: он поднял архангела с постели, а любое существо, вырванное из сна, готово убить всех, кто его разбудил.

Предложив гостям сесть в кресла, Габриэль запахнулся в халат с прорезями для крыльев. Заспанный охранник – один из приставленных к Калашникову ангелов возмездия – внес поднос с неизменным ананасовым соком. Варфоломей угрюмо отхлебнул глоток, чуть посмаковал внутри рта, проглотил и одобрительно кивнул: жидкость была признана безопасной для потребления.

– Спасибо за звонок, – произнес Габриэль хриплым от сна голосом.

– Я понимаю, что вы не стали бы меня будить без крайней необходимости.

Лицо Габриэля выразило смесь недовольства и удивления.

– Нет-нет, – предваряя ситуацию, сказал Калашников. – Дело не в вас. Но, к сожалению, не всем из окружающих вас сотрудников мы можем доверять после грустного инцидента с попыткой угостить нас святой водой. К тому же в Раю нет нужного специалиста, а мне требовалось получить анализ ОЧЕНЬ срочно, что в ваших же интересах.

Пришлось пойти на подобные действия.

Мускулы лица Габриэля расслабились, он печально кивнул.

Габриэль постепенно менял цвет, прямо как стены в кабинете Шефа: его щеки побагровели, а лоб, напротив, побледнел. Крылья поникли, обмякнув. С Варфоломеем происходила примерно та же цепь метаморфорз: румяные, пышущие здоровьем щеки генерала окрасились в мертвенно-серый цвет.

– Так, значит, ангелы не сбежали? – просипел Габриэль.

– Нет, – развел руками Калашников.