Минус ангел

– Ага, тащи бутылочку, – стрельнула в него глазами Локки. – И счет давай. Ребятки у вас на сцене мосластые, смотреть не на что, баиньки пойдем.

Вздохнув, бармен вернулся к стойке – через секунду он возник у столика с бутылкой «Эвиан». Открыв воду, он молча разлил ее по бокалам и, не задерживаясь, ретировался обратно. Пятилетний опыт подсказывал ему – с этих двоих, кроме чаевых, ничего не обломится, хотя в клубе клиентки расходились так, что танцевали голыми на столах – выбирай любую. Однако он еще ни разу не встречал женщин, раскрепощавшихся после минералки.

– Между прочим, сам Голос пил вино со своими учениками в гроте, – заметила Локки, пригубив воду. – Почему же тебе нельзя это делать?

– Свидетельства довольно разные, – хмыкнула Раэль. – Может, то был вообще виноградный сок – кто сейчас подтвердит? Но даже если Голос и пил вино, то это не повод… Чего ты, людей не знаешь? Неизвестно, во что бы превратился Рай, разреши там легальное употребление вина. По крайней мере, праведники из России бы точно не удержались.

А финны? Эти вообще кошмар. Ты со своей добротой еще английским праведникам футбол свободно разреши смотреть – у нас такой рок-н-ролл начнется: всю мебель вокруг переломают.

Девушки помолчали, дружно вертя в руках бокалы с водой. Потом одна из них с явной нежностью положила другой руку на плечо, погладив, – что не укрылось от внимания бармена.

– Не убивай больше никого, ладно? – шепотом попросила Локки. – Я все-таки слегка старомодный ангел, и меня от таких вещей немного коробит.

– Не буду, – великодушно согласилась Раэль. – Четырех человек вполне достаточно. Я поняла, что профессионализм не пропиваешь – при всем том, что я не пью. Надо будет – и толпу разнесу снова, мне не привыкать.

Бармен видел, как парочка снялась с места и, покачивая филейными частями, обтянутыми джинсами, направилась к выходу, держась за руки. Официант, проскользнув к столику, забрал с него бумажки, которые одна из посетительниц предусмотрительно придавила блюдцем.

Как жесток этот мир… такие красивые девчонки – и лесбиянки. Несправедливо. А ведь прямо ангелы.

Глава двадцать седьмая

Эстериана покачивало из стороны в сторону. Комната менялась в размерах и ритмично дергалась, словно танцевала брейк. В определенные моменты, когда стены виллы пускались в совсем уж жуткий пляс, ему казалось, что он готов свалиться с дивана. Перед глазами все плыло, мелькали радужные, бьющие водопадами красок пятна.