– Ты меня совсем темным считаешь, да?
– Но ею нельзя подметать, – пропыхтела я, с трудом сопротивляясь напору заклинателя. – Это – ведьмовский инвентарь! Дорогой и ценный!
– Тогда я ею просто полюбуюсь… – уже почти рыча, выдохнул Алекс и все же победил. – Спасибо, крошка!
– Отдай обратно! – надулась я и тут же получила легкий щелчок по носу.
– Завтра, милая! Все – завтра, – и добавил, улыбнувшись: – Сладких снов, ведьмочка!
Я нахмурилась, скрестила руки на груди и замерла в позе: «Ты еще пожалеешь об этом, мерзавец, но будет поздно!» Алекс немного понаблюдал, потом закатил глаза и вышел из спальни.
Я криво ухмыльнулась и быстро выбралась из платья. Натянула джинсы, джемпер и кроссовки, распахнула шкаф и вытащила на свет вторую метелку. Мой старый, побитый жизнью тренировочный вариант.
– Алекс действительно считает себя самым умным, да? – криво ухмыльнувшись, покосилась на Диплодока. Тот запрыгнул на кровать, положил морду на передние лапы и тяжко вздохнул. – Только не говори, что ты на его стороне!
Собака приоткрыла один глаз, я присела перед ней на корточки и прошептала:
– У меня нет выбора, понимаешь?
Конечно, он не понимал.
Мой доберман не обладал даже толикой магической силы. Самый обыкновенный пес, но более преданного друга у меня никогда не было. Именно поэтому мне было так неприятно обманывать в его присутствии. Вдруг по моему виноватому лицу Диплодок поймет, какая нехорошая у него хозяйка, расстроится и перестанет меня любить?
К счастью, собаки были не такими сумасшедшими, как люди.
Доберман потянулся, лизнул меня в щеку и тем самым, по моему глубокому убеждению, благословил на «подвиг». Что по этому поводу думал сам Диплодок, к счастью, узнать не довелось.
Аккуратно взобравшись на подоконник, я оседлала метлу, сверилась с координатами, указанными на визитке, и сделала шаг в пропасть. Инвентарь нырнул к земле, вильнул пару раз, выпрямился, едва не скользнув по траве (давненько я не летала на этой облезлой метелке), наконец взял нужный курс и набрал скорость.
Спустя миг меня во дворе уже не было.
Место, которое Владимир выбрал для своей частной вечеринки, находилось в одном из самых модных клубов города. И я отлично понимала, чем именно он его привлек. Небольшой, рассчитанный всего на триста человек, клуб располагался в самом центре города. «Центрее» была только статуя ангела, считавшегося нашим «национальным» защитником, но она как раз стояла ровно в двадцати шагах от двери «Global».
