Ему бы в голливудских блокбастерах сниматься, ну там, где огромный среднемагистральный авиалайнер в последние секунды улетает из горящего аэропорта. Эффектно, красиво: шасси втянул – и свечкой вверх. Я думала, выпрыгнем где-то на орбите. Нет, ну а что? Оттуда уже с парашютом прыгают, чем мы на своем аэробусе хуже? Короче, весело было. Правда, только для меня, но я-то привыкшая к виражам – и не такое на метле выделывала. А вот Алекс вцепился в подлокотники так, что костяшки побелели, и поглядывал на меня с тихим ужасом.
Наверное, боялся, что я вот-вот распаникуюсь. Наивный! Да при таких перегрузках это в принципе невозможно: тут не то что кричать – говорить трудно! Желудок сжимается комочком и подступает к горлу, в глазах темнеет, в ушах гнусно скрипит – какие слезы?! Сидишь себе тихонько и молишься!
Слава богу, это хотя бы недолго продолжалось. По моим ощущениям, минут семь, а потом самолет резко перешел в горизонтальное положение и полетел по прямой. Очередь в туалет тут же выстроилась по всей длине коридора.
Похоже, народ здорово переволновался. Кто-то называл летчика бывшим военным, налетавшем часы на «харриере», кто-то просто редкостным дебилом. Я радовалась как дитя, издевательски шептала Алексу в ухо:
– Пускай дядя повторит катапульту! – и представляла, как мы будем садиться.
Кстати, не зря представляла, ибо это тоже было круто. Мы не пошли на посадку – мы рухнули вниз с твердым намерением пропахать гузном целину. Алекс прохрипел:
– Твою ж мать! – и больше до самой земли рот не открывал.
"
"Но пилот оказался действительно опытным. И самолет крепким – не развалился по дороге. Мы красиво бухнулись на шасси, шустро прокатились по посадочной полосе и четко пришвартовались к «рукаву» аэропорта. Мгновение в салоне стояла тишина, а потом она взорвалась шумом аплодисментов. Никто не жаловался, никто не плакал и не возмущался. Все были тупо рады, что остались в живых. И клялись себе вслух, что больше никогда, ни за что не воспользуются услугами этой авиакомпании.
Учитывая разницу во времени, когда мы прошли регистрацию и забрали багаж, в Пекине «настучало» восемь вечера. Поезд отправлялся в девять, потому, выскочив из аэропорта, мы поймали такси и тут же помчались на вокзал. По дороге еще в пробке постояли, так я за это время Алексу чуть мозг не выела.
– Не успеем… Не успеем! Надо было на метле лететь! – бормотала вполголоса. Ну да! Я – патологическая зануда, повернутая на пунктуальности, сама знаю.
