Мы разместились в гостиной: я в одном кресле, Шурик – напротив, в другом; его бравая команда, потеснившись, заняла диван. Егор, скрестив руки на груди, нависал над нами. Его черные брюки, белая рубашка, розовый пиджак и подобранный Богданом галстук расцветки «вырвиглаз» заставляли меня ежиться всякий раз, когда братец попадал в поле зрения.
– Итак, – застыв между нами великой Берлинской стеной, продолжил он, – сначала ты, Алекс. Признавайся: брал Евин мотороллер?
Увы, мы так и не увидели искреннего раскаяния этого паразита.
Потому что Шурик еще рот открыть не успел, а мелированный Жека уже всех выдал:
– Да ладно, друг, мы же просто пошутить хотели!
– Вы… – прошипела я, стискивая кулаки. – Нужно быть клиническими мудаками, чтобы отправить на помойку чужой скутер и назвать это «шуткой»!!
– Да успокойся ты, выдра! – рявкнул Алекс, мимоходом демонстрируя Жеке увесистый кулак. – Твой драндулет в вольере для собак. Хотя справедливости ради, нужно было и правда его выбросить: кусок мусора, а не мотороллер.
На нем же ездить опасно!
– Вот и замечательно! – отчего-то обрадовался Егор. Я изогнула бровь, не поспевая за ходом его мыслей. – Раз ты так хорошо разбираешься в мотороллерах – ты его и починишь. В виде извинения за свою шутку.
– Да ты издеваешься?! – в один голос взвыли мы.
Я кашлянула и объяснила:
– Егорушка, там с тормозами проблема. Я не хочу, чтобы он их чинил. Мне моя жизнь пока дорога."
"– Братец мой Егорушка, – в тон мне поддакнул Шурик.
– Ты не видел этот хлам. Там нет ни одной живой детали. Я вообще в шоке от того, что ОНО ездит. Как я его чинить буду?
– Слушайте вы, оба, – мрачно притопнул Егор. – Мне все равно – как, но ты, Алекс, починишь этот долбаный скутер (ой, прости, Евочка!), а если нет – купишь новый! Понял?
– Меня посадят, – мрачно ответил брат.
– С чего бы? – не сообразили мы.
– С того, что такой же мотороллер я смогу найти только в музее. А там его нельзя купить, только украсть. Вот я и говорю – меня посадят!
– Довольно! – схватился за голову Егор.
– Я сейчас ухожу, а потом вернусь и сам проверю. Алекс, на тебе транспорт. Не справишься – будешь до конца обучения Еву в школу на своей машине возить! А ты, Евочка, пожалуйста, почини проводку. Мы ведь оглохнем все, если эти четыре долбня будут музицировать не в подвале! А как вас помирить – я еще придумаю!
И на этой угрожающей ноте Егор вышел из дома. Мы проводили его малость офигевшими взглядами.
