Ты понял мой тактичный намек?
– Ну как бы сложно было не понять, – мрачно ответил парень.
– Вот только не нужно считать меня монстром! – взмахнула руками Ядвига. – Поверь, я все понимаю: сама не так давно была в возрасте Евы…
На этом моменте я прямо почувствовала, как у Алекса недоверчиво изогнулась бровь.
– …но и ты пойми: моя Ева – очень чувствительная, нежная и добрая девочка. И еще она ведьма. Она должна тренировать свои способности, участвовать в шабашах, творить заклинания – и ты ничего не сможешь с этим поделать.
Это в ее крови, она – часть немножко другого мира. Тебе также придется смириться, что вашим будущим детям, скорее всего, передастся ее дар. И я хочу, чтобы ты подумал об этом сейчас, когда у вас двоих еще есть возможность отступить и красиво попрощаться. Я благодарна тебе, правда! И мне бы очень не хотелось ломать тебе ребра потом, когда ты поставишь Еве в вину ее сущность!
Мне вдруг показалось, что в постель, где я лежала, кто-то запустил семейство дикобразов.
И стоит только пошевелиться, вздохнуть чуть громче, как они, все разом, выпустят иглы. Сердце ударило и застыло в немом ожидании. К ушам прилила кровь, на лбу выступила испарина… Наверное, именно это чувствовали ведьмы на суде инквизиторов перед оглашением приговора.
Мне показалось, прошла вечность, прежде чем он наконец ответил.
– Да, Ядвига, вы правы, – согласился Алекс, кивая. – Ева – ведьма, а я – заклинатель. По всем канонам, мы не лучшая партия друг для друга. Но я люблю ее.
И что бы ни случилось дальше, я никогда ее не обижу. Нет, я не стану вам обещать, что с легкостью приму любое ее решение, позволю посещать шабаши каждую неделю или устраивать землетрясения в подвале. Единственное, в чем действительно могу уверить, так это в том, что буду рядом с ней, несмотря ни на что. Если только она сама не попросит меня уйти. А до тех пор я стану беречь ее, защищать, если нужно – даже от нее самой. Я всегда протяну ей руку помощи и никогда не отвернусь от нее, какую бы глупость она ни совершила.
Чего бы это ни стоило, я всегда постараюсь ее понять. Эта девушка, ваша дочь… она мне очень дорога. Настолько, что мне плевать на трудности, законы и чье-либо мнение. Я просто хочу быть с ней.
– Ну… – со вздохом протянула мама. – Тогда, я полагаю, вы сумеете договориться. Характеры у вас обоих, конечно, не дай бог, зато упрямства не занимать. Ну а мне, похоже, остается только начать собирать деньги на капитальный ремонт.
