Минус восемнадцать

Прошел почти час после бешеной любви, а Соня все еще чувствовала себя совершенно разбитой. Но прекрасным образом. Как после особо интенсивной тренировки, когда каждый мускул в теле превзошел сам себя. Она по-прежнему ощущала глухие удары – свидетельство того, что только что у нее был самый лучший сексуальный опыт. И, тем не менее, она хотела еще. Хотя у нее все ныло, и она знала, что будет больно, у нее возникло желание оседлать Алекса и пробудить его снова к жизни. Может быть, на этот раз ей следует завязать ему глаза, подумала она и провела рукой по его голой гладкой груди.

Конечно, он совершенно прав. Странно, почему она сама об этом не подумала. Алекс потрясающий человек. Наконец она нашла того, кто делает ее лучше, а не довольствуется тем, что и так хорошо и красиво.

Наверняка он привез из Лос-Анжелеса много интересных произведений искусства. Он упомянул Кэтрин Эндрюс, Мата Басса и Картера Малла, но она не знала ни одного имени. Потом он, как и большинство других мужчин, заснул и, насколько она могла видеть, все еще крепко спал.

Его пенис был по-прежнему увеличен, хотя лежал на боку и с виду спал так же крепко. Она не подумала об этом раньше, но даже внизу у него не было никаких волос. Она осторожно дотронулась кончиками пальцев, и ее поразило, какая там гладкая и мягкая кожа.

Соня вспомнила Фабиана, который несколько лет назад начал делать себе внизу тримминг. Каждый раз волос становилось все меньше и меньше, пока, в конце концов, они не стали напоминать маленькие усики Гитлера. Хотя она знала, что так нельзя делать и что от менее невинных вещей мужчина может стать импотентом, она не могла удержаться от смеха, когда их увидела, и вскоре он стал вновь отращивать там волосы.

Но с Алексом были другие ощущения. По какой-то причине она заводилась от чего-то порочного и запретного в нем.

Она наклонилась и взяла его в рот. Хотя он был мягким, он был по-прежнему налит кровью и увеличен. Пытаясь разбудить его, она стала ласкать языком головку, одновременно схватив основу и принявшись водить рукой вверх и вниз. Но никакого отклика не последовало. Он явно тоже оказался жертвой разницы во времени, и она решила оставить его в покое.