Минус восемнадцать

– Оставайся на месте, – велел Дидрик Мейер, по-прежнему не сводя глаз с Фабиана. – А ты освободи ей руки и ноги.

Фабиан взял ключ, сел на корточки и отпер наручники на лодыжках Новы. Затем встал снова и достал ключ от наручников на руки. Но не успел он вставить ключ в замок, как послышался звук открывшейся входной двери.

– Кто это? Ты ждешь гостей?

Фабиан покачал головой. Он никому ничего не сказал и понятия не имел, кто это, пока со сломанным носом не вошел Теодор и уставился на разгром.

– Вы только посмотрите.

Как приятно. Вся семья в сборе. Такое бывает отнюдь не каждый день.

– Но какого черта… Это Матильда? – Теодор показал на тело на полу. – Это же Матильда. Черт возьми, что происходит?

– Теодор, тебя ведь так зовут, – сказал Дидрик Мейер и выдавил улыбку. – Как видишь, твоя сестра себя не очень хорошо чувствует, и если не хочешь закончить так же, пойди сядь на диван.

– Делай так, как он говорит, – сказал Фабиан, который встретил ненавидящий взгляд.

– Это твоя вина. Все это.

Твоя и ничья другая.

– Тео, делай, как он велит, а не то будут еще…

– Извините, что вмешиваюсь в разговор отца с сыном, но, к сожалению, нам надо спешить.

– Тогда стреляй! – Теодор встал перед Фабианом, повернувшись к Дидрику. – Давай. Мне все равно.

– Как хочешь. – Дидрик Мейер поднял пистолет.

– Тео, что ты делаешь? Делай только, как он…

– Но тогда стреляй, черт тебя возьми, – закричал Теодор. – Стреляй!

И тут Фабиан заметил пистолет, торчащий из-за пояса за спиной Теодора.

Сын кричал ему. Это он должен стрелять, а не Дидрик Мейер. Не думая, откуда у сына оружие, он схватил приклад, вытащил пистолет и одним движением быстро произвел три выстрела. Он не помнил, ни как снимал пистолет с предохранителя, ни как целился, но обмякший Дидрик Мейер уже лежал на столе, а из отверстия на лбу хлестала кровь.

Теодор поспешил к Матильде, а Нова Мейер закричала на всю комнату. Фабиан успел только повернуться к ней, как она набросилась на него, несмотря на связанные за спиной руки.

Он потерял равновесие и упал назад, пытаясь скинуть женщину с себя. Но, как бешеной собаке, ей удалось удержаться на нем и до крови искусать его во все места, куда она только могла достать, пытаясь перегрызть ему сонную артерию.

Одной рукой он пытался отвести голову Новы, а другой бил ее пистолетом. Но радиус поворота был слишком коротким, чтобы нанести достаточно сильный удар. Он почувствовал боль в шее, когда она впилась в него зубами.