Мёртвое озеро

 – Вы меня не арестуете.

– Это был даже не вопрос.

– За это любой нормальный адвокат сделает из вас собачий корм. Мать с детьми, на которую напали шестеро пьяных подонков, арестована? Правда? Уже через полчаса я стану главной героиней всего Твиттера.

Грэм вздыхает. Это медленный, протяжный вздох, который смешивается с плеском озерной воды внизу. Над озером начинает подниматься туман по мере того, как воздух остывает достаточно, чтобы запустить этот процесс. Белые клубы похожи на стаю призраков. «Озеро мертвых», – думаю я, стараясь не смотреть на него.

Вся прелесть Стиллхауз-Лейк для меня теперь мертва.

– Нет, – наконец говорит Грэм, – я вас не арестую. Я арестую их за преступно причиненный вред, а старину Бобби, сидевшего за рулем, – за вождение в пьяном виде. Достаточно?

Этого недостаточно. Я хочу, чтобы их арестовали за нападение, но Грэм явно не собирается этого делать.

Должно быть, он видит, что я собираюсь начать спор, потому что поднимает руку, останавливая меня.

– Послушайте, они и пальцем вас не тронули.

По крайней мере один из них достаточно трезв, чтобы сообразить, что нужно сказать: мол, они увидели, как вы налетели на камень, и поспешили следом, чтобы помочь, но вы повели себя как последний параноик и направили на них эту штуку – что бы то ни было. Если мы не найдем краску или ее следы на них или в их машине, они смогут заявить, что понятия не имеют, кто разрисовал ваш дом.

– Разрисовал? Это вам не стрит-арт!

– Ну хорошо, изуродовал. Смысл в том, что они будут утверждать, будто даже не собирались ни преследовать вас, ни нападать.

А у вас в руках была монтировка. Насколько я могу судить, эти люди не вооружены. – Шестерым мужчинам против одной женщины не требуется оружие, и Грэм это знает, но он, конечно же, прав. Юридическая защита работает в обе стороны.

Я прислоняюсь к своему разбитому «Джипу», не в силах стоять прямо.

– Нам нужен эвакуатор, – говорю я. – Наш «Джип» сам по себе уже никуда не поедет.

– Я договорюсь об этом, – отвечает офицер. – А пока что забирайте детей и возвращайтесь в дом.

Мы убедимся, что никто не проник внутрь.

Я знаю, что никто этого не сделал. В мою систему сигнализации встроено приложение для мобильных оповещений, и, если приходит сообщение, я могу сразу же взглянуть на планшет и просмотреть запись, чтобы увидеть, кто там был. Никто не выбивал наши окна и не выламывал двери, но все равно, сейчас мне меньше всего на свете хочется приводить моих детей обратно в дом, все еще истекающий красной краской.