Мир Аматорио. Доверие

Мое горло начинает сдавливать невидимыми тисками, когда я представляю, как шестилетняя сестра хватает моего беззащитного кота и раз за разом вонзает в него нож.

Негнущимися пальцами я застегиваю часы на руке, и мне повсюду мерещится кровь. Я зажмуриваюсь и раскрываю глаза. Забираю из шкафчика свои остальные вещи и на нетвердых ногах выбираюсь из блока.

– Мистер Аматорио, – кричит мне вслед какая-то женщина.

Оборачиваюсь и вижу медсестру, которая говорит мне, что я забыл заполнить один из бланков:

– Вы должны написать, что забрали все вещи и не имеете претензий к «Хейверхилл».

Я следую за ней и вскоре оставляю несколько подписей на стандартных документах. Напоследок медсестра отдает мне журнал посещений, где я должен расписаться.

– Мой муж часто смотрел гонки с вашим участием, – она широко мне улыбается. – Он лопнет от зависти, когда узнает, что я увидела вас…

– Думаю, не надо уточнять место, где вы меня встретили, – я многозначительно обвожу взглядом пространство, и женщина посмеивается.

– Хорошо, я унесу эту тайну с собой в могилу.

– Надеюсь, в следующем году, – отвечаю я.

Проставив дату и время своего посещения, я собираюсь вернуть журнал обратно медсестре. Но тут мой взгляд зацепляется за подпись, оставленную мелким аккуратным почерком.

Нахмурив брови, я несколько секунд смотрю на фамилию.

Сюда приходила подруга Грейс?

Я перевожу взгляд на дату ее посещения, и мои глаза буквально прожигают лист бумаги. Тейт была здесь утром четырнадцатого декабря.

Пока медсестра что-то рассказывает мне про своего мужа, в моих мыслях картинки мелькают одна за другой.

На моем лбу выступает пот. Это мои предположения. Но для Тейт не составило бы особого труда пробраться в клуб Стива и сфотографировать Кэша и Крис. И она без проблем могла сделать снимки, где я целую Крис в машине. Тейт всегда презирала ее и искала шанс с нею расквитаться.

Мысли складываются одна за другой, но это всего лишь догадки.

– Доброй ночи, – говорю я брату и проскальзываю в свою спальню.

Я приближаюсь к кровати, хватаю подушку и отправляю ее под простыни. После чего выпрямляюсь в полный рост и скептически осматриваю постель.

Если Даниэль случайно заглянет в мою комнату, то со стороны все должно выглядеть, будто я сплю.