Мир Аматорио. Искушение

Дальше происходит то, чего я не ожидал увидеть от такой заносчивой и высокомерной задницы, как Льюис Эванс. Он тяжело выдыхает и опускает голову, запустив пальцы в волосы. После чего просит моего отца дать ему что-нибудь выпить. Пока папа достает бутылку Macallan, я стараюсь побороть свое сочувствие к Эвансу. Прости, но мне тебя не жаль.

– Когда я потерял веру в то, что Кимберли вернется домой, я думал… – Эванс снова натянуто выдыхает. – Господи, о чем я только не думал… Киднеппинг*, секс-рабство, убийство, самоубийство… Оказалось, что моя дочь пыталась сбежать от меня.

– Вряд ли он тебя услышит, – бормочет себе под нос Кэш.

У Эванса по-настоящему сломленный вид. Все это время он считал, что в исчезновении его дочери кто-то виновен. Однако в его голову не могло прийти мысли, что Кимберли сбежала от него. И наверняка, в эту минуту чувство вины разъедает его изнутри.

Эванс опрокидывает рокс с виски, а затем решительно обращается ко мне:

– Мне нужны контакты того, у кого Кимберли арендовала квартиру.

Я улавливаю в его глазах появившуюся толику надежды. Но увы, мне нечем его обрадовать.

– Он пропал, как и Ким.

– Тебе удалось еще что-то узнать? – спрашивает Эванс.

Внезапно острая и резкая боль моментально пронзает живот с левой стороны. Отчаяние желчью подбирается к горлу. Два года назад несколько ублюдков вытеснили из меня всякую надежду найти Кимберли.

После этого случая я провел в госпитале полтора месяца. Семье я сказал, что меня так здóрово отделал верзила-гонщик. Никто не был этому удивлен и не задавал лишних вопросов.

– Я пытался искать по «горячим следам», но зашел в тупик, – мрачно отвечаю я. – Никто ничего не видел и не слышал.

Отец и Эванс обмениваются тяжелыми взглядами. Затем папа внимательно на меня смотрит:

– Что ты делал в день исчезновения Кимберли?

Я стискиваю челюсть. Мне уже понятно, почему он этим интересуется.

– Я бы никогда не причинил Ким вреда. Я знал ее с детства, – говорю я сквозь зубы.

– Отвечай на мой вопрос, Десмонд, – тоном, не терпящим возражений, требует отец. – Что ты делал в день исчезновения Кимберли?

У меня нет феноменальной памяти, но я отлично помню, что делал два года назад тринадцатого мая.

Ким действительно составила план, продумав каждую мелочь. Она организовала все таким образом, чтобы после ее «похищения» у меня имелось стопроцентное алиби. Это было сделано на тот случай, если ее отец не согласится на выкуп и обратится в полицию.