Мир Аматорио. Искушение

В обмен на то, что мой отец убедит своего друга – мистера Эванса отозвать обвинения в отношении Джека Блаунта в изнасиловании несовершеннолетней Кимберли Эванс.

Я втягиваю носом воздух и крепче сжимаю зубы. Я отлично помню то утро, как будто это случилось вчера, а не два года назад.

В гостиной собрались наш отец и отец Блаунта. А еще я, Кэш и наш семейный адвокат – Бромфилд. Все кричали и спорили, но адвокат был единственным, кто сохранял спокойствие и холодный рассудок.

Я ненавидел его. Потому что Бромфилд приводил кучу аргументов для того, чтобы отец согласился на условия старшего Блаунта: недостаточно улик со стороны Эвансов, мой восемнадцатилетний возраст, учитывающий отсутствие смягчающих обстоятельств, срок за нападение.

И как следствие – падение акций «Аматорио Лимитэд».

Я помню, как сдерживался, чтобы не ударить головой отца Блаунта об стеклянный столик. Я помню, как кричал Кэш, чтобы папа не соглашался. Я помню, как трудно далось принять решение моему отцу.

Но он поступил так, как поступил бы и я.

Послал Блаунта на хрен.

– Кимберли ровесница моей Грейс, – сухо выдал отец. – Она гостья в моем доме с пяти лет, и я не могу так с ней поступить, – он замолчал и сурово уставился на меня. – Наши сыновья взрослые и за то, что совершили, должны понести ответственность.

И мы ни черта не понесли ответственности.

Я отделался условным сроком. Адвокат убедил присяжных, что я был в состоянии аффекта и никогда не был судим. А Блаунт избежал наказания, потому что его отец договорился с отцом Кимберли.

Я до сих пор не знаю, как ему это удалось, и на какие кнопки он нажимал.

– Судя по тому, что Блаунт спокойно разгуливает по «Дирфилду» – твой отец согласился на предложение? – тусклым голосом уточняет Крис.

– Папа отказался. Но согласился отец Кимберли. Это и послужило причиной того, что Ким захотела инсценировать свое похищение и стрясти с собственного отца несколько миллионов.

Дальше я рассказываю Крис то, что уже слышал Кэш. Как ко мне обратилась Кимберли за помощью, и как я согласился.

И я с тщательной осторожностью подбираю каждое слово, словно иду по минному полю. Один неверный шаг не в том направлении – и все подорвется к чертям.

Я заканчиваю говорить на том месте, где Кимберли перестала выходить со мной на связь.

Все это время Крис молча смотрит на меня. Под ее взглядом я ощущаю себя так, словно стою на краю пропасти. Одно ее слово – и она может либо удержать меня от падения, либо столкнуть.