Мир Аматорио. Искушение

– Мне не было так хорошо ни с одной другой девушкой.

Крис ничего не отвечает. Должно быть, она решила, что мне хорошо с ней телом. Но я говорил про душу.

После вечеринки у Стива Даниэль здóрово рассердился: я привез его сестру домой лишь после полуночи. Так вышло, что я и Крис еще два раза «не позволяли ничего лишнего» на водительском сиденье моей тачки.

По этой причине Даниэль ясно обозначил, что в выходные его сестра будет готовиться к докладу и остальным заданиям к школе. А следующую неделю она должна быть дома не позднее шести вечера.

Поэтому теперь у нас с Крис оставались лишь пару часов после уроков, чтобы мы могли насладиться друг другом. И мы старались отрываться по полной: целовались на задних рядах кинотеатра, делали совместное селфи в кабине с панорамными окнами в колесе обозрения, провожали закат на верхней палубе парома из Бостона в Салем туда и обратно.

Я рад, что у нас с Крис наконец все наладилось. Даже несмотря на то, что Грейс продолжает грозно коситься на меня в академии.

– Доброе утро, – мурлычет Крис, усаживаясь на пассажирское сиденье.

Мне хочется сказать в ответ то же самое, но тогда это будет явная ложь. Для меня «Доброе утро» начнется, когда я буду просыпаться первым и будить Крис поцелуем. Чувственным проникновенным поцелуем между ее бедер.

Но сейчас я впиваюсь губами в ее губы. Я целую ее, пока в легких не заканчивается воздух. Отстранившись, я шумно выдыхаю, и мне требуется доля секунды, чтобы понять – я хочу еще.

– Десмонд, мой первый урок – психология, – сбивчиво шепчет Крис. – Мне нельзя опаздывать.

С неохотой отворачиваюсь от нее и давлю педаль газа, отъезжая от дома Крис. Солнце скрывается за серыми тучами, предвещающими дождь. Сентябрь подходит к концу, как и его теплые деньки. Я привык к хмурой и пасмурной осени. В отличии от Крис, которая всю жизнь провела в южном городе.

Сегодня поверх ее школьной формы наброшен темный тренч, а вокруг загорелой шеи обмотан бежевый шарф.

Пользуясь случаем, я убираю ее и заправляю ей за ухо. Щеки Крис мгновенно вспыхивают, и я не могу скрыть того факта, как всякий раз раздувается мое эго от ее реакции на мои прикосновения. Мне приятно наблюдать за ее румянцем и за подрагивающими ресницами.