Мир Аматорио. Искушение

Черты лица Кэша немного расслабляются.

– То есть, ты хочешь сказать, что вы еще не спали?

– Я не буду с тобой обсуждать эту тему, – слишком резко отвечаю я и отворачиваюсь, чувствуя, как лицо охватывает жар.

– Это очень интересно. Выходит, Десмонд и правда влюблен в тебя.

Как вообще так произошло, что мы начали говорить про то, в чем ошибся Кэш, а закончили тем, что в меня влюблен Десмонд?

– С чего ты решил, что он влюблен в меня?

– Начнем с того, что он еще никогда и никого не приводил в дом, чтобы познакомить с семьей, – отвечает Кэш.

 – Отношения Десмонда с девушками не длились дольше нескольких дней. И вряд ли это можно назвать «отношениями».

При упоминании слов "девушки", "Десмонд" и "отношения" в одном предложении я ощущаю острый укол ревности.

– И я знаю Десмонда: я никогда не видел, чтобы ему было с кем-то так хорошо, как с тобой, – продолжает он. – Каким бы ублюдком я не был, но я не желаю зла ни для тебя, ни для моего брата. И если ты думаешь, что совершаешь ошибку – сделай все, чтобы этого избежать.

Поверь мне, об ошибках я знаю все.

Песня обрывается, и рядом с нами тут же появляется Десмонд. Я могу лишь смотреть на Кэша в оцепенении. Теперь я понимаю, что в нем есть много всего, чего я, похоже, еще не скоро узнаю.

После праздничного фейерверка я и Десмонд прогуливаемся по алее усаженной декоративными деревьями и подсвеченной уличными фонарями. Луна на небе озаряет все волшебным, магическим серебристым сиянием. Наверное, это одна из последних теплых ночей в Бостоне.

Скоро наступит октябрь, и принесет вместе с собой унылые тучи.

– Не могу поверить, что еще три недели назад я шел здесь, чтобы набить кому-нибудь морду, —посмеивается Десмонд. – А в итоге встретил Кэша, и мы друг друга отделали.

Я вспоминаю, как братья появились с синяками в академии.

Десмонд смотрит на наручные часы, и его лицо становится хмурым. Понимая, что пора возвращаться домой, мы направляемся к заднему двору. Я замечаю, что у бассейна на лежаке сидит Кэш. Неоновая подсветка отображается в его глазах, когда он поднимает голову и бросает взгляд на нас.

Что с ним случилось? Почему он сидит здесь в одиночестве?

– Жасмин, – окликает меня он. – Нам надо поговорить. Наедине.

Поговорить? Я немного шокирована его словами. Поворачиваюсь к Десмонду и вижу, как его темная бровь недоверчиво изгибается. Видимо он, как и я, удивлен предложением Кэша.

– О чем? – спрашивает Десмонд.

– Тебя это не касается, – огрызается Кэш, но тут же мягко добавляет.