Мир Аматорио. Разрушенный

На нем черные брюки и того же цвета пиджак, его русые волосы с проседью уложены назад, выделяя лицо с искренней добродушной улыбкой. Я знаю, что такая улыбка предназначена для узкого круга лиц.

В это сложно поверить, но я вхожу в их число.

Для всех остальных Фрэнк, точнее Фрэнк Гросс, – расчетливый, хладнокровный и неприкасаемый бизнесмен, построивший свою империю на продаже наркотиков и оружия.

– Красивое платье, – Фрэнк смотрит на меня. – Ты выбрала его для сегодняшнего вечера?

Я стою перед зеркалом и держу перед собой наряд.

Провожу ладонью по струящейся белоснежной ткани. Несколько десятков сверкающих камней украшают подол. Талия и грудь подчеркнута корсетом, а линию ключиц скрывает полупрозрачный фатин с бриллиантовой нитью.

Достаточно одного взгляда, чтобы понять: платье безумно красивое и дорогое. Оно словно бросает вызов: только попробуйте обвинить меня в моей стоимости!

– Да, – отвечаю я с благодарностью. – Я не могу перед ним устоять.

Фрэнк приближается и по пути раскрывает руки, приглашая меня в объятия.

Я мгновенно убираю наряд, чтобы как маленький ребенок повиснуть на его плечах. Удивительно, как человек, которого все боятся только за один хмурый взгляд, заставляет чувствовать меня пятилетней малышкой.

– Итак, ты готова? – Фрэнк ослабляет хватку и смотрит на меня сверху вниз. – Точнее, готова ли Рене? Сегодня ее первый выход в свет.

– Первый выход в свет? Я не… не понимаю.

Мое сердце дико колотится.

После своего исчезновения я веду уединенную жизнь в Мельбурне в изолированной вилле.

Фрэнк иногда берет меня с собой в деловые поездки, чтобы я не чувствовала себя полным затворником. В целях конфиденциальности у меня есть несколько поддельных документов на разные имена и фамилии, чтобы никто не смог на меня выйти.

– Я сразу перейду к делу, – говорит Фрэнк. – Мне потребовалось два года, чтобы выйти на нужного человека и полностью вписать Рене Гросс в историю Мельбурна. Ты родилась здесь в асоциальной семье, твоих родителей лишили прав.

Потом я тебя удочерил…

Фрэнк продолжает объяснять, но я ничего не слышу. Я пытаюсь держать себя в руках, но это невозможно. По моей щеке скатывается слеза.

– Не могу поверить, – шепчу я.

– Наконец, все сошлось воедино. История твоего имени официально подтверждена. Ты – Рене Гросс, и тебе не нужно скрываться. Ты свободна, малышка.

Я закрываю глаза. Эти два простых слова проносятся в моих ушах снова и снова.