Я проскальзываю в салон и невольно задаю себе вопрос: почему он так радуется? От того, что я согласилась, и мы поедем вдвоем? Или от того, что он вновь одержал надо мной свой наглый эгоистичный триумф?
* * *"
"Как только Десмонд заводит мотор, в салоне тут же звучит приятный голос солиста OneRepublic: «Я сказал слишком поздно просить прощения, слишком поздно…»
Я бросаю многозначительный взгляд на Десмонда, и он тут же понижает громкость на минимум.
— Отличная песня, — протягиваю я. — Зря ты ее выключил.
Утопив ногой педаль газа, он подрывается с места, и я чувствую вибрацию от мощного двигателя. Мгновенно разогнавшись, Десмонд открывает центральную консоль, не отрывая взгляда от дороги.
— Это для тебя.
Я с недоверием смотрю на стаканчик с названием кофейни, которая располагается на моей улице. Рядом с кофе стоит коробка, и, слегка сместив ее крышку, я смотрю на сочные аппетитные маффины. К моему носу тут же подкрадывается аромат ягод и сахарной пудры.
— Приятного аппетита.
— Послушай, — спокойно говорю я. — Ты можешь сколько угодно делать вид, что ничего не произошло. Писать сообщения, заезжать за мной в школу, покупать кофе… Но это не изменит моего отношения. Я не хочу тебя видеть.
Маска беспечности сходит с лица Десмонда. Он крепче сжимает руль руками, и от напряжения на них проступают вены. Горечь моментально движется к горлу, и я отвожу взгляд, уставившись на лобовое стекло. Ни к чему хорошему не приведет, если я начну сопереживать Десмонду.
— Мне нужно, чтобы ты дала мне еще один шанс. И я покажу, что могу не только причинять боль.
— Я в этом не сомневаюсь, — со злобой говорю я. — Ты на высшем уровне пудришь мозги. Мой брат уже записался в твой неофициальный фан-клуб. Но я знаю, что ты ведешь двойную игру.
— Какую к черту двойную игру? — взрывается Десмонд. — Моя цель была понравиться твоему брату. Или мне нужно было рассказать ему всю правду?
— Да, почему ты не сказал ему правду? — кричу я.
— Что ты разбил мой телефон, а потом увез меня в лес!
Ругнувшись, Десмонд резко дергает руль и тормозит за разделительной желтой полосой, включив аварийные огни.
— Зачем ты остановился? — вспыхиваю я.
— Поговорить, — Десмонд поворачивается ко мне. — Я облажался, и мне правда жаль. Я вел себя, как мудак. Но и ты не отставала. Наврала, что у тебя было много любовников. Я знаю, что это защитная реакция на мои действия.
