— Хорошо, — Кайли захлопывает рот, не собираясь со мной спорить.
Да ну? Хорошо?
Твою мать, какая она бесхребетная.
Лучше б она заявила, какой я ужасный, и оказалась бы права. Или молча развернулась и ушла, перестав со мной разговаривать. Но вместо этого Кайли зачем-то ждет от меня еще какие-то слова.
Только, что я ей мог сказать? Что вообще мог ей предложить?
Не понимаю, почему Кайли все еще на что-то надеется. Два года назад я сделал ошибку, чуть не переспав с ней. И с тех пор, как вернулся в Бостон, я не оказывал ей ни единого знака внимания и не давал малейшего намека на близость.
Скорее наоборот, я пытался быть максимально грубым.
На ее месте Кристиана давно бы послала меня ко всем чертям, перед этим обозвав напыщенным гавнюком. А я бы непременно ей что-нибудь ответил, чтобы дальше смотреть, какая она сексуальная, когда возмущается.
Знаю, что это слегка ненормально, но я завожусь, когда Крис мне дерзит. И с каждым разом мне хочется разозлить ее больше. Яростнее. Сильнее. Как наркоман пытается увеличить дозу для кайфа, так и я шаг за шагом переступаю черту своей наглости с этой девчонкой.
И сегодня я зашел так далеко, что потерял контроль над собой и ситуацией."
"Я рассчитывал заставить Кристиану отказаться от своих глупых слов. А затем с победным видом уйти из трейлера, оставив ее неудовлетворенной. Для чего? Чтобы в следующий раз она изнывала и жаждала, чтобы я прикоснулся к ней, оказался в ней. Она бы не смогла слишком долго противиться.
Но в том, что я затеял не было победителей, и не было побежденных.
Когда я стоял между ее расставленных гладких ног, а она, сидя на столе, покрывала поцелуями мою шею, в меня словно ударила молния, пронзая тело мощным электрическим разрядом. Каждая мышца во мне была наполнена неудержимым желанием. Каждый рецептор на языке жаждал вновь оказаться у нее во рту, почувствовать ее охрененно сладкий вкус.
Черт, почему у меня такого не происходило еще ни с одной девушкой? Обычно я терял интерес к ним еще до того, как они становились на колени и отсасывали мне.
А с Кристианой у меня такое впервые. Хотелось не просто трахнуть ее на столе. Хотелось целовать ее, пока не устанут губы.
Мне нужно было добиться от нее три гребаных слова. Я хочу тебя. Кристиана не отступала, и я был готов к атакам, чтобы сломать ее хрупкую оборону. Но по-настоящему я не был готов к тому, что она заплачет.
В тот момент, когда по ее щеке скатилась слеза, мое сердце загромыхало в груди.
