– Иван Иванович, ваш «Алмаз» как находящийся в наиболее хорошем техническом состоянии, должен как можно скорее забункероваться углем и сменить на позиции дальнего дозора «Светлану». Всем остальным заняться текущим ремонтом и привести корабли в порядок. Но так, чтобы в любой момент в течение суток быть готовыми к бою и походу. Если придется – драться с англичанами будем насмерть, ибо за нами не только Копенгаген, но и Кронштадт с Петербургом.
Я оглядел притихших, штабных, командиров крейсеров, транспортов и миноносцев.
"
"– И еще, господа, последнее распоряжение Главморштаба. Вы должны немедленно провести на своих кораблях ревизию и сдать на берег все лишнее дерево, всю мебель и шлюпки, за исключением тех, без которых невозможно нормальное функционирование корабля. И не думайте о том, как вы будете спасать команду в случае самого худшего. Никак!
Во время боя крейсера «Варяг» с японской эскадрой, из-за применения противником фугасных снарядов, дающих большое количество осколков, все шлюпки «Варяга» превратились в решето.
Зато лишнее дерево на борту увеличивает пожарную опасность и требует дополнительных усилий пожарных дивизионов. Степан Осипович пишет мне, что любой командир германского корабля, вышедший в бой с таким количеством горючего материала на борту, как у нас, был бы немедленно отстранен от командования и отдан под суд. За ненужный риск, которому он подверг свой корабль и команду.
Но не вешайте нос, господа. В течение трех-четырех дней сюда подойдут все боеспособные корабли Балтийского флота и эскадра броненосцев кайзермарине под флагом самого адмирала Тирпица.
И тогда англичане вряд ли рискнут сунуться в Датские проливы. Так что нам надо продержаться совсем немного. На этом все, господа, все свободны.
26 (13) марта 1904 года, полдень. Северный полюс. АПЛ «Северодвинск». Перископная глубина, скорость 3 узла, курс нордОгромная, похожая на кита стодвадцатиметровая туша атомной подводной лодки медленно скользила под нижней кромкой ледового поля, ощупывая ее импульсами своего ГАКа.
Она искала подходящие разводья в многолетних ледовых полях, чтобы в них можно было всплыть, не рискуя получить повреждения. Но вот трещина, точнее, затянутая тонким льдом полынья, образовавшаяся во время недавней подвижки ледовых полей, была наконец найдена, и полностью застопорившая ход подлодка начала отрабатывать всплытие. Делала она это медленно и аккуратно – ведь в случае серьезных повреждений местный судоремонт вряд ли смог бы их исправить.
