Но с другой стороны, следует учитывать тот факт, что японский флот потерпел полное поражение, а японская армия, приготовившаяся отражать наше мнимое вторжение на Кюсю, отрезана от остальной Японии и ничем не может помочь столице. По некоторым сведениям, в провинциях формируются отряды самообороны из крестьян и мелких феодалов. Но единственное их оружие – это немного старинных ружей и бамбуковые копья. В общем-то, мы не требуем ничего невозможного, и даже готовы поддержать Японию экономически, если она решит пойти на союз с Россией.
– Ну-ка, ну-ка, Сандро, – заинтересовался Михаил, – с этого места, если можно, поподробнее. Что за союз, с чего это японцам на него идти, и для чего он нужен нам? А то пока я лежал в госпитале, несколько отстал от жизни.
– Э-э-э, – растерянно протянул Александр Михайлович, – в условиях установления в Японии равноправия между синтоизмом и православием, мы прорабатывали возможность брака старшей дочери японского императора Мацухито и младшего брата русского царя…
– Так, – покачал головой император, – все-таки решили меня женить.
Я помню разговор об этом. Только как на это посмотрит мама́? Она ведь подыскивала мне невесту исключительно в Германии, и все кандидатуры почему-то были похожи на унылых кобыл или коров с альпийских лугов. Впрочем, если это надо для России… Сандро, расскажи мне о моей будущей невесте – сколько ей лет, и хороша ли собой?
Александр Михайлович собрался с мыслями.
– Как ты помнишь, она дочь японского императора, и зовут ее Масако. Ей шестнадцать лет, телосложения пропорционального, роста среднего, для японки на лицо совсем не дурна…
– А ладно, – махнул рукой Михаил, – главное, как я успел уже узнать, японские женщины послушны, почитают мужа за хозяина в семье и не лезут без спроса в его дела.
Вот это мне нравится. – Император прошелся взад-вперед по салону. – К тому же я прекрасно понимаю ваш, Виктор Сергеевич, замысел. Россия и так уже слишком тесно связана с германской и англосаксонской Европой. Несмотря на все наши брачные союзы и торговые связи, нам больше ни на шаг не удастся расшириться в сторону Европы.
Если сказать честно, нам там и делать-то нечего.
К тому же в Европе царит какая-то иррациональная ненависть к России и всему русскому, что в будущем делает почти неизбежными ужасные войны между нами.
Мой покойный брат был прав, Россия должна повернуться лицом на Восток, и этот брак с японской принцессой покажет азиатам, что мы видим в них не диких макак, а таких же людей, как и мы.
