Как человек, знающий нашу историю, и как старший по возрасту, более опытный – скажите, что мне делать дальше?
Ларионов ответил:"
"– Вы, Михаил Александрович, и Россия в вашем лице всегда можете рассчитывать на нашу помощь не только советом, но и силой оружия. Думаю, что еще не раз нам придется бросать свой меч на весы истории. А насчет того, что вам делать, то тут двух мнений быть не может. Международные союзы – дело хорошее. Они должны помочь нам избежать ненужных войн, ну или хотя бы закончить их быстро и без большого кровопролития.
Но в первую очередь вы должны обратить внимание на саму Россию, на ее укрепление и усиление. В той России, что осталась вам в наследство от отца и брата, работы, что называется, непочатый край. Нужно укрепить роль служилого сословия, провести крестьянскую реформу, ликвидировать неграмотность и начать индустриализацию страны.
– Ну, с крестьянской реформой, ликвидацией неграмотности и индустриализацией мне понятно, – задумчиво сказал Михаил, – но в чем вы видите укрепление служилого сословия? Ведь и так на его права никто вроде бы не покушается? После введения тридцать лет назад всеобщей воинской повинности, на службу призываются молодые люди всех сословий, достигшие двадцати лет.
Хотя обычно на службу призывалось не более четверти призывников. Призыву не подлежали лишь единственный сын у родителей, единственный кормилец в семье, а также если старший брат призывника отбывает или отбыл службу. Взятые на службу числятся в ней в сухопутных войсках пятнадцать лет – шесть лет в строю и девять лет в запасе, во флоте семь лет действительной службы, и три года в запасе.
Для получивших начальное образование срок действительной службы сокращается до четырех лет, окончивших городскую школу – до трех лет, гимназию – до полутора лет, а имеющих высшее образование – до полугода.
– Я считаю, – сказал адмирал Ларионов, – что это все правильно, но все равно как-то неприлично, что из двух миллионов мужских душ потомственных дворян военнообязанного возраста в том или ином качестве на гражданской или военной службе пребывают не более ста тысяч.
Служилое сословие нужно России при любом правителе и любом социальном строе. Сейчас русское дворянство почти утратило эту роль, превращаясь в класс бездельников, живущих за счет заслуг своих предков.
– Я вас понимаю, – вздохнул Михаил, – и сам не люблю подобных бездельников. По завету нашего великого предка Петра Великого, который говорил: «В службе честь!», мы, Романовы, все служим своей Отчизне.
