– Ваше императорское величество, – Столыпин поклонился Марии Федоровне, – конечно, я благодарен вам за высочайшее доверие, но я считаю себя недостаточно подготовленным к столь высокой должности. Кроме того, мои личные и семейные обстоятельства…
– Оставим это, – сказала Мария Федоровна. – Прежде всего нам важны лишь ваши деловые качества. Мы уверены, что вы справитесь с такими задачами, с какими не справятся другие. Ну, а если уж и вы не справитесь… – тут Мария Федоровна развела руками, словно показывая, что тогда уже ничего нельзя будет поделать.
– Скажу только, что работы вам будет много, очень много.
Услышав первые слова, обращенные к нему, Столыпин вздрогнул. Почти то же самое сказал ему министр внутренних дел Плеве, переводя из Гродно в Саратов. Похоже, что капризная судьба снова решила дать ему шанс – или вознестись к вершинам власти, или загреметь в тартарары. Но если вино налито, то оно должно быть выпито.
– Я согласен, ваше императорское величество.
– Ну, вот и прекрасно, – ответила Мария Федоровна. – Сейчас наступили такие времена, когда нельзя отсиживаться на тихой и спокойной должности. Хотя губернаторскую должность таковой назвать трудно.
Россия находится на грани великих перемен. Мы во многом отстали от других государств, и если за ближайшее десятилетие нам не удастся пробежать тот путь, какой другие державы проходили в течение столетий, то нас просто сомнут.
– Вы зря так скептически улыбаетесь, Петр Аркадьевич, – заметила Антонова, – культура сельского хозяйства и орудия труда подавляющей части российского крестьянства остались такими же, как во времена Бориса Годунова.
Но даже тогда, чтобы на Руси наступил голод, потребовалось три абсолютных неурожая подряд. А сейчас Россия, являющаяся крупнейшем в мире экспортером хлеба, постоянно находится на грани голода. Как вы считаете, в чем здесь причина, Петр Аркадьевич?
– Э-э, госпожа Антонова, – замялся Столыпин, – одну из причин, причем несомненную, вы уже назвали.
Это устаревший, не побоюсь этого слова – архаический инвентарь наших мужиков. А еще значительное увеличение населения без увеличения общего количества пахотной земли.
– В общем-то, да, – кивнула Антонова, – только можно еще добавить то, что при Борисе Годунове Россия хлеба за границу почти не вывозила, а в настоящее время это чуть ли не главная статья нашего экспорта.
