Но Лане хватило нескольких часов сна, а после она проснулась, часы показывали шесть утра, но она знала, что сон к ней не вернётся. И лежала, слушая мужское дыхание рядом, и обдумывая ситуацию. А заодно разглядывала маленькую спальню, в которой когда-то жила. Старую, такую знакомую мебель, обои в цветочек, и люстру… даже затруднительно представить, в каком году та была куплена. Скорее всего, задолго до того, как они с мамой въехали в этот дом. И эта комната помнила многое, и её детство, и юность, и даже Ваню в этой постели помнила.
Во времена их бурной, наполненной влюблённостью, молодости. И вот они снова здесь. Спят, в обнимку, по крайней мере, он к ней прижимается, а она лежит, боясь пошевелиться и потревожить его сон, и только губы в беспокойных раздумьях кусает. А всё потому, что в её телефоне злосчастное сообщение от мужа. То ли от настоящего, то ли от бывшего, так запросто уже и не разберёшься. И вчера вечером Лана совсем не хотела об этом думать, хотела хоть на несколько минут вспомнить о том, как легко было в молодости, как приятно быть счастливой и свободной.
А Слава как почувствовал, и решил напомнить ей о том, что радоваться особо нечему. У них развод. И прислал всего несколько слов: «Очень нужно поговорить». И это «очень нужно» всерьёз беспокоило.
Они не общались почти две недели. Он не звонил, не интересовался, даже Соне не писал, что было странно и до ужаса неправильно, Лана искренне так считала. Может, и беспокоилась бы о том, на какие темы дочка общается с приёмным отцом, но зато ребёнок был бы спокоен и не спрашивал, почему папа не хочет с ней разговаривать.
И Лана уже смирилась с тем, что общаться им придётся строго через адвокатов. И вот, пожалуйста. Привет из семейной жизни. Славе очень нужно с ней поговорить.
И что она должна сделать, по его мнению? Поторопиться ему перезвонить, среди ночи? В надежде, что их разговор закончится примирением, хоть каким-нибудь?
Лана вздохнула, повернула голову и посмотрела на Ваню. На его лице было такое спокойное выражение лица, совершенно расслабленное, и Лана даже подумала, что довольное.
Он был доволен. Прошедшим вечером, ночью, их прогулкой, и, по всей видимости, даже тем, что они пришли в эту комнату, упали на кровать и уснули без задних ног. И она была довольна, хотелось протянуть руку и погладить его по щеке с проступившей щетиной, в благодарность или в порыве давно позабытой нежности. Но вместо этого Лана осторожно откинула одеяло и очень аккуратно выбралась из-под Ваниной руки.
