Мир глазами Гарпа

Однако декан очень удивился: у него было много разных кличек, но такой он еще не слыхал.

— Я имел в виду, что ребята обращаются ко мне «сэр», — пояснил Боджер и тут же с удовлетворением отметил, что Гарп — ребенок достаточно впечатлительный: сразу понял, что чем-то человека обидел.

— Да, сэр, — смущенно сказал Гарп.

— Так тебе действительно здесь нравится? — повторил декан свой вопрос.

— Да, сэр, — сказал Гарп.

— Ну так вот: если ты еще раз заберешься на пожарную лестницу, или на крышу, или еще куда-нибудь в этом роде, то больше ты здесь жить не будешь.

— Да, сэр, — сказал Гарп.

— Вот и ладно. Ну, будь хорошим мальчиком и всегда слушайся маму. Иначе тебе придется уехать отсюда далеко-далеко, в чужие края.

Гарпу показалось, что вокруг вдруг стало темно, и он почувствовал себя страшно одиноким — как когда лежал в водосточном желобе, на целых четыре этажа выше того мира, где царят свет и полная безопасность. Он заплакал, но Боджер взял его за подбородок своими короткими толстыми пальцами — большим и указательным, — тихонько покачал его головенкой из стороны в сторону и сказал:

— Никогда больше не огорчай свою мать, мой мальчик.

Гарп имел в виду иллюзию, которую бедняга Боджер питал в последующие годы своей жизни: ему казалось, что поймал он именно маленького Гарпа, когда тот падал с крыши, а вовсе не голубя. Впрочем, нет сомнений, что в те годы свалившийся из желоба голубь наверняка значил для добросердечного Боджера ничуть не меньше, чем маленький Гарп.

Декан Боджер часто воспринимал реальность в несколько искаженном виде. Той ночью, например, декан обнаружил, что кто-то снял с его машины фару-искатель. В ярости он перевернул вверх дном все палаты изолятора, даже те, где лежали заразные больные. «Этот фонарь в один прекрасный день засияет на чьей-то физиономии!» — орал Боджер. Но никто так и не признался. Дженни была уверена, что это Меклер, но доказать ничего не смогла.

Прошло еще четыре дня, прежде чем Боджер случайно заглянул в «бардачок» своей машины. В тот вечер чихающий и сморкающийся декан, как всегда, объезжал кампус, освещая его новой фарой-искателем, как вдруг его остановил новичок-патрульный из группы охраны.