Джек снял повязку, пристально рассматривая опухшее изображение свежей татуировки
— Загнаивается, — признался Энди. — Что я только ни делал, не помогает.
— И не должно. Яд древесной лягушки…
— Что-о-о? Какая лягушка?! Зачем?! Ты шутишь, в самом деле?! Господи! Только этого не доставало!
— Иначе я не смогу дать ему кровь.
— Послушай, Джек! Я, конечно, все понимаю, только потрудись теперь объяснить хоть что-то! Зачем мне яд какой-то дровяной жабы?! Сдается мне, еще немного, я и сам сдохну в пауках и совах! А еще там, кажется, собаки и летучие мыши! Не слишком ли на одного меня?! А ты случайно не подскажешь, они как, меня все разом доедать будут, или у них порядок по записи?! Откуда такой геморрой?! Только из-за того, что вытащил Роя из воды?! Так разве я виноват, что он помереть собрался, да, передумал?!
Энди бушевал, но шаман, словно не слышал его.
Он молча продолжал рассматривать воспаленное изображение сокола.
— У меня уже на одной руке два сокола! Ты не находишь, что этого больше, чем достаточно?! Почему с первым все нормально было?!
— Потому что это ты! — не выдержал Капли Дождя.
— А это я!
— Джек! Я, конечно, тебя очень люблю, но ты, живой, не приносишь мне столько страданий! Господи-и-и! Двадцать первый век! Кому рассказать — не поверят! Разве что, в сумасшедшем до…
— Кучи слов — удел женщин! — вдруг прикрикнул шаман, и парень замолчал на полуслове. — Я буду делать обряд! Это важно! Для тебя важно!
— Хорошо, — сник парень. — Делай, что хочешь. Я молчу. Мне уже все равно.
— Так-то лучше.
Что бы я ни делал, ты должен стерпеть.
— Глупо спрашивать, есть ли у меня выбор?
Старик не ответил. Он неспешно вынул краски, ритуальный нож, мешочек с травами, перья, погремушки и полоски замши. Огонь на кострище вспыхнул быстро, взметнулся ввысь и осыпался, превращаясь в столб едкого дыма. Шаман растер по себе и коже Энди перетопленный жир, нанес магические рисунки и жестом приказал парню встать в ритуальный круг. Дальше Энди помнил все, как в тумане. Дым вызвал трансформацию сознания, и теперь все воспринималось отвлеченными размазанными образами.
Энди не хотелось думать, образы не волновали его, и он просто делал то, что делал. Мальчишка не знал, сколько времени шел по кругу за Джеком, потерял ощущение координат и превратился в какую-то бесформенную субстанцию без мыслей и воли. Ему казалось, что он до отказа забит алкогольными парами, а они все прибывают и прибывают. Наконец Капли Дождя усадил его, а сам продолжил бесконечные круги.
