Курфюрст Саксонии получил деньги от людей Султана Сулеймана и наняв поляков, что жили в его владениях, пытался что-то изобразить. У меня записано и сколько ему занесли, и сколько раз да что именно он делал.
– Ты так спокойно об этом говоришь? Неужели не хочешь отомстить?
– Я уже направил письмо Императору с просьбой разобрать поведение Курфюрста на Рейхстаге. – криво усмехнулся Андрей. – Учитывая тот факт, что он исповедует сатанизм лютеранского толка, полагаю, его ничего хорошего не ждет.
– Император занят в Швейцарии.
– Ради такого куша он швисов наймет с потрохами. Всех. Тем более, что я слышал, будто они согласились на учреждение своего патриархата. Под обещание выступить всеми возможными силами против сатанистов севера. Будьте уверены – в нижних германских землях скоро будет весело. Чем, кстати, можно будет воспользоваться. Разве вы не желаете освободить Поморские земли славян от гнета германцев? – криво усмехнулся Андрей. – Али не ведаете, что Любек это старая славянская Любица, Бранденбург – Бранибор, да и Берлин – старый славянский город, сохранившийся в неискаженном виде.
Ибо берл или бирл означает болото на древнем западном наречие.
Снова тишина.
– Про Померанию и Мекленбург, что под пятой Императора – и речи нет. Там трагедия. Тем более, что там засели клятые сатанисты. Не так ли?
Магнаты стали нервно хихикать, продолжая переглядываться.
Масштаб мышления и планов Андрея Прохоровича их удивлял, пугал и… вдохновлял. Что-то прикинув в голове они быстро сделали выводы.
Аж глазки их загорелись! Ведь не требовалось большого ума, чтобы понять – оба легиона возрожденного Рима примут в этом мероприятии самое деятельное участие. И это обнадеживало. Воевать с Андреем выглядело куда интереснее, чем против него. Особенно в ситуации, когда в руки могла попасть весьма недурная землица в более теплых и тучных местах, да еще и добро заселенных.
В общем – разговор сразу пошел на лад.
Андрей не требовал наказать виновных за нарушение Божьего мира.
Он считал достаточным отторжение земель по Днепру Иоанну и назначения его наследником Сигизмунда. Законным. Как родича. С признанием сего магнатами и Сеймами.
Могло быть хуже.
Сильно хуже.
Считай – отделались легким испугом.
Причем встречно он предлагал выгодное и верное дело. Да еще под весьма благородным соусом. Пограбить соседей, особливо отжимая при этом их землю, что в глазах феодальных элит и так само по себе дело благородное.
