Алли не дожила до возраста получения водительских прав, да к тому же управлять автомобилем, когда у тебя троится в глазах, весьма затруднительно, однако с помощью двигательной памяти начальника девушке удавалось удерживать машину на дороге и даже по большей части в одной и той же полосе. Вскоре она сумела переместить основной фокус в глаза начальника. Оба охранника на заднем сиденье в точности копировали все движения лежащих на баранке рук своего шефа.
Алли боялась выезжать на автомагистраль, поэтому она ограничилась обычным шоссе.
Отъехав от города миль на десять, она свернула на тихую и совершенно пустую в это время суток улицу жилого пригорода. Приткнувшись к бордюру, она обернулась к Сету и сказала:
— Быстро! Убирайся! Отсюда! Удачи!
Сет на секунду заколебался:
— Как... прямо здесь?.. Но...
— Вали!
Второго приглашения не потребовалось.
— Ага... ладно... спасибо... ну, то есть...
И поскольку ничего более вразумительного ему всё равно не удалось бы сказать, он благодарно улыбнулся своей спасительнице, открыл дверь и исчез в ночи.
Когда он убежал, Алли погасила фары, выключила двигатель и продолжила своё бесконечное кружение: страж-страж-шеф, страж-страж-шеф...
Вскоре на него начнётся охота. Сета будут преследовать как дикого зверя, а с этими повязками на лице его нельзя не заметить. Но Алли подозревала, что парень привычен к жизни изгоя, да и не такой он дурак, как о нём думали. Если ему выпадет хотя бы немножко удачи, они никогда его не поймают.
А если поймают, она снова вызволит его.
«Зачем я это делаю? Какое мне дело до этого парня?»
Алли знала, что вопрос этот не пустяковый, а ответ имеет решающее значение... но сейчас ей надо было сосредоточиться кое на чём другом.
Раз-два-три, раз-два-три, страж-страж-шеф. Все трое взмокли от пота, но она держала их под своим неусыпным контролем ещё час, пока не уверилась, что Сет получил солидную фору. Затем, окончательно выбившись из сил, она бросила жонглировать телами и освободила всех троих.
Один из охранников принялся орать, второй — шептать молитвы, а начальник со злости чуть рулевую колонку не вырвал. Алли понимала, что на всех троих обрушится гнев правовой системы, и если они попытаются оправдаться рассказом о том, что в них вселился посторонний дух, их подымут на смех. «Может, — размышляла Алли, — мне удастся скинджекить судью, и я добьюсь их оправдания?..
