Когда ты в последний раз во что-нибудь играл? Наверно, целую вечность назад! Ну что ж, я уверена, ты, Милос, найдёшь себе подходящее приятное занятие, — и будешь счастлив.
— Думай об этом как об уходе на заслуженный отдых, — добавил Ротси. — Ты, конечно же, найдёшь себе полезное применение.
— Верно, — поддержала Мэри. — Полезное и для тебя, и для всех нас.
— Нет!.. — взмолился Милос, чувствуя, как умирает его последняя надежда. — Пожалуйста, Мэри... я тебе ещё пригожусь..."
"Мэри вздохнула и нехотя поднялась — так, будто сделать это ей стоило неимоверных усилий.
Ну вот, наконец-то — она обняла его и поцеловала, но без той страсти, которую подпускала в эти действия раньше. Поцелуй — так и вообще не поцелуй, а чмок в щёку. Милос почувствовал себя так, как, должно быть, чувствует себя любимая собачка, которую собирается усыпить ветеринар.
— Прошу тебя, Милос, — сказала она. — Не стоит делать наше прощание таким... неловким.
Ротси наконец встал.
— Выпроводить его?
Но Милос не собирался дожидаться, пока его унизят.
Чтобы такое ничтожество, как Ротси, выкинуло его из апартаментов Мэри? Этому не бывать! Он попятился, не сводя с неё глаз и надеясь, что она со стыдом отведёт взгляд в сторону, но не тут-то было. Мисс Мэри Хайтауэр никогда не стыдилась своих поступков. Никогда.
— Я уйду, — произнёс Милос. — Уйду и постараюсь... найти себе полезное применение.
Он повернулся и вышел, сосредоточившись на самой важной на данный момент задаче — как не забыть своё имя.
Глава 38
Во всём виновата Мэвис
Оторва Джил потихоньку, одно за другим, ухитрилась выведать имена скинджекеров, несмотря на то, что Мэри в целях сохранения тайны просила всех называться прозвищами.
Мэри, конечно, была умница, но Джил отличалась крайней хитростью и к тому же вошла в охотничий азарт. Конечно, это была не совсем та охота, к которой она привыкла, но всё равно — награда будет желанной и заслуженной. Не прошло и нескольких дней, а Джил уже знала, кто эти ребята, откуда, вызубрила их имена — поскольку даже если бы ей удалось их записать, то взять бумажку с собой во время скинджекинга всё равно было бы невозможно.
Эмбер Агилар
Теперь оставалось только передать информацию Алли. Джил из себя выходила при мысли, что они с Алли на одной стороне, и, чтобы успокоиться, твердила себе: «Ты ни на чьей стороне, кроме своей собственной!» Следующая задача оказалась намного более сложной, чем узнать имена скинджекеров: улизнуть и передать добытые сведения Алли было практически невозможно.
