— Оставайтесь на месте!
— Тебе легко говорить! — отозвался один из беглецов. — Ты всё равно не можешь двигаться, у тебя нет выбора!
К чести Лосяры и Хомяка, они не бросили своего начальника, хотя наверняка оба намочили бы штаны, если бы были живыми людьми."
"Аромат шоколада вскоре стал так силён, что от него кружилась голова. Со своего места из-под вагона Милос толком ничего не мог видеть, но глазам Лосяры и Хомяка предстало зрелище, от которого у них затряслись все поджилки. С северо-востока по шпалам к ним неуклюже приближалось существо, словно сделанное из болотной грязи и тины, только вместо слизи оно исходило шоколадом.
Парни помнили слова Алли о том, что Шоколадный Огр — всего лишь мальчик, а сказку о чудовищном создании выдумала Мэри для запугивания неразумных детишек. Однако то, что шло сейчас к ним по железной дороге, выглядело самым настоящим монстром, ещё почище, чем рассказывала Мэри.
Шоколадный Огр размеренно шагал вперёд — шлёп-шлёп-шлёп. В других обстоятельствах его хлюпающая походка производила бы комичное впечатление, но нашим героям было не до смеха.
Огр подошёл к лежащему поперёк рельсов вагону и взглянул сначала на Лосяру, потом на Хомяка, словно ожидая объяснений.
— Это не мы! — заверил его Лосяра.
— Ага, ага, — пролепетал Хомяк. — Оно так и было, когда мы сюда приехали! Мы тут ни при чём!
Огр посмотрел на Милоса, затем опять воззрился на Лосяру с Хомяком.
— Я ищу Алли. Вы знаете её? Где я могу её найти? — Его голос, пусть булькающий и глухой, был не так уж и противен.
Какой-то не такой, как полагается монстру.
— Нет её, нет её здесь! — провыл Хомяк.
— Тихо! — рявкнул Милос. Хотя он и не может двигаться, но справиться с ситуацией, похоже, ему удастся. Огр ведь никогда не встречался с ними, а значит, не имеет понятия, кто они такие! И потому Милос сказал самым своим дружелюбным тоном: — Мы не знаем никого, кто бы носил это имя, но, может быть, мы бы могли помочь тебе найти её...
— Вы правда поможете мне? — Огр чрезвычайно обрадовался — ни дать ни взять малое дитя, невинное и доверчивое.
Во всяком случае, так показалось Милосу. Алли описывала Ника совсем иначе, но, опять же, по её словам, он не был похож и на это шоколадное чёрт-те что. Наверно, при трансформации он сильно переменился.
— Майки говорил — она на поезде, — сказало Чёрт-те что.
— Майки? — переспросил Лосяра.
— Вы его знаете?
— Ага, ага, — заверил Хомяк. — Он это... э... э... наш лучший друг!
— Правда? — воскликнул Огр.
