Мир падающих звезд VIII. Железный человек

До всего! А как ночь наступает — так они опять…

— И сейчас, наверное. Время как раз то.

— Так а проблема-то в чём? — недоумевал я. — Не, ну можно, конечно, объяснить, что исполнять супружеский долг нужно потише. Как-никак, в доме дети и посторонние, которым это не ахти как интересно. Но это ж его дом, Абрамова. Я, как бы, до такой-то степени в личную жизнь не стал бы лезть. Не нравится — уходи…

— Вы не дослушали. Вчера днём мне срочно понадобилось кое-что уточнить у господина Абрамова, и я пришла в городское управление.

Земляна присвистнула.

— То есть, он ещё и на стороне успевает хвостом крутить? Силён мужик! Слушай, Владимир, а может, он — того? Какое-нибудь зелье прикупил, для мужской силы, да перебрал? Можно бы выяснить, откуда! Глядишь, ещё одного торговца накроем.

— Да что же вы никак не дослушаете! — возмутилась Юлия. — Его больше недели нет на работе, больным сказался! Вы понимаете? Господина Абрамова уже полторы недели никто не видит, кроме нас. А домой он приходит поздно ночью.

Стало тихо. Мы с Земляной переглянулись, разом позабыв обо всех перебранках.

— Думаешь о том же, о чём и я?

— Похоже на то. Только вот куда же он дел Абрамова?

Земляна с мрачным видом провела большим пальцем по горлу.

— Да ладно тебе мрачняков нагонять. Может, всё не так уж и плохо. Давай поищем, у меня и девайс подходящий есть. — Я кастанул Яблочко. — К Афанасию Абрамову, градоправителю, веди!

Сгусток света полетел в одному ему известном направлении, прочь от дома.

— А разве вы не остановите это существо в доме? — спросила Юлия, поднявшись.

— Позже, — откликнулась Земляна. — Если сейчас кинемся, он женщину убьёт. Следующей ночью с ней поговорим, подготовим. И засаду сделаем.

— Да, — только и сказал я, ибо добавить было нечего. Во всём, что касалось работы, Земляна шарила отлично. — Спасибо за сигнал, Юлия! До завтра!

И мы побежали за яблочком.

— Апгрейднуть бы тебя, — проворчал я, обращаясь к яблочку.

Мы в очередной раз остановились перед залитой грязью колеёй. Осень, разбитые телегами дороги становились всё более непролазными. Заморозков население Поречья и окрестностей ожидало с нетерпением.

Я ждать не стал, кастанул Мороз. Жидкая грязь превратилась в лёд, по нему и перешли. Миновали северные ворота — Поречье закончилось. Дальше Яблоко плыло-летело вдоль тракта.