Миром правит случай

— Полина, ну что ты опять ломаешься? Я ведь хотел сделать тебе предложение…

— Какое еще предложение? — насторожилась я, подумав, что речь пойдет о новом заказе.

— Работать со мной на постоянной основе. Вместе мы с тобой такие дела могли бы сотворить! Весь Горовск был бы наш! — нескромно заявил Бочаров. — Что скажешь?

Все оказалось даже хуже, чем я предположила. Окрыленный «успехом» нашего совместного предприятия, он, кажется, решил поставить убийства на поток. В его глазах был блеск одержимости. Сергей ждал от меня ответа, но я задала ему встречный вопрос:

— Я не совсем поняла, какой смысл ты вкладываешь в слова: «Весь Горовск был бы наш»?

— А мне кажется, что ты все прекрасно понимаешь.

Мы ведь с тобой во многом похожи, поэтому должны мыслить одинаково, а потому понимать друг друга с полуслова.

— Мы не можем мыслить с тобой одинаково, — возразила я, — поскольку ты мужчина, а я — женщина. Один классик сказал, что женщина всю жизнь помнит о первом поцелуе, а вот мужчина сразу же забывает о последнем.

В данном контексте речь идет не о поцелуе, а кое о чем другом, не слишком приятном…

— В этом смысле, наверное, мы действительно разные. Но это даже хорошо. У нас с тобой может что-нибудь получиться, — недвусмысленно предположил мой собеседник. — Отрицательные заряды притягиваются. Знаешь, я ненавижу баб, которые истерят из-за сломанного ногтя. А ты не такая…

— Отчего же? Я тоже могу истерить из-за сломанного ногтя, — я посмотрела на свои ногти и с сожалением отметила, что уже давно надо было сходить к маникюрше.

— Не думаю. Я слишком хорошо тебя изучил, — самоуверенно заявил Сергей. — Ну так что скажешь насчет моего предложения?

Мне было ясно как дважды два, если я сейчас откажусь, то Бочаров, как и в прошлый раз, не примет мой отказ. Все пойдет по тому же сценарию, но уже на новом витке, поэтому в заложниках могут оказаться Ариша или Алинка. Хотя не исключено, что он придумает что-нибудь новенькое, дабы воздействовать на меня. Я запоздало поняла, что Сергей слышал все мои «радиоспектакли».

А мою угрозу уведомить Антонину Никитичну о том, что ее сын — заказчик убийства, он попытался нейтрализовать ответной угрозой сообщить моему деду о том, что я исполнитель страшного преступления.

— Мне надо подумать, — ответила я нейтральным тоном.

— Ладно, думай, но не слишком долго. И чтобы ты приняла нужное решение, я хочу вручить тебе это, — Бочаров взял со стула, стоявшего рядом с ним, бумажный подарочный пакет и торжественно отдал его мне.