Миром правит случай

А если ограничиться лишь вашими близкими родственниками, то это кое у кого может вызвать подозрения…

— Да какие уж там подозрения! Другой родни у меня нет, а что до бывших сослуживцев, то после той истории со взяткой…

— Вы бы не хотели, чтобы кто-то из них пришел проводить вас, — продолжила я.

— Вот именно. Если вы считаете, что нужна массовка, пусть будет, — согласился Селезнев после некоторых раздумий.

Поговорив с ним, я заглянула к деду и невербально дала ему понять, что жду его в соседней комнате.

— Да, Полетт! — Ариша уселся в кресло.

— Дедуля, нужны статисты для похоронной процессии. Сможешь подыскать кого-то?

— Человек трех-четырех — легко, — ответил тот, не задумываясь. — Скажи, а поминки будут?

— Ну, разумеется.

— Тогда могу привести целый взвод. Охотников до халявной выпивки найти несложно.

— Ариша, такая большая массовка не нужна. Лучше человек пять-шесть, но таких, чтобы выглядели прилично и обладали артистическими способностями.

— Хорошо, завтра же займусь этим вопросом, — пообещал мне дед.

Глава 9

Настал день, когда должен был грянуть взрыв. Ближе к вечеру Селезнева нарочито громко сказала мужу:

— Коля, мне кажется, я чувствую запах газа. Ты бы сходил на кухню и посмотрел, все ли там в порядке.

— А я вот ничего не чувствую, — возразил ей супруг. — Вечно тебе что-то мерещится!

— Только не в этот раз, — настаивала на своем Анна Павловна. — Может, нам газовика вызвать?

— Сначала я сам посмотрю, в чем там дело, — нехотя произнес Николай Александрович.

Однако после ужина он принялся поливать грядки, потом — поправлять забор.

Жена больше не напоминала ему о кажущейся ей утечке газа, поскольку увлеклась просмотром телесериала. Собственно, этот вечер мало чем отличался от предыдущих. Ровно в одиннадцать Селезневы погасили свет и легли в постель, только они не могли заснуть — именно этой ночью должно было произойти страшное…

— Коля, я не представляю, как мы потом будем смотреть людям в глаза, — негромко сказала Анна.

— Каким людям?"

"— Тем, которые будут считать тебя умершим, — Селезнева три раза постучала по прикроватной тумбочке.

 — Как мы объясним им твое чудесное воскрешение?

— Аня, мы с тобой уже десять раз на эту тему говорили. О моей «смерти» будут знать единицы, только те, кому положено это знать. Ты, главное, ничего не перепутай и позвони утром Антонине…

— Я все не пойму, почему именно ей?

— Как это «почему»? Если бы со мной на самом деле это случилось, ты кому стала бы звонить в первую очередь?

— Игорю.