Миру видней

Ну а то, что в снежных шарах не вода, никого не удивило, так как они наполняются и водой, и раствором, и маслом в разных вариациях. Вот так красиво был придуман способ перевоза алмазов, а вы, дорогие мои, все стали соучастниками контрабанды. Мне предстояло теперь доподлинно узнать, кто это делал осознано, а кто нет.

– Александров однозначно, – вставил свою версию Семен. – Помните, как он трясся над ними?

– Конечно, Александров – это априори. Вспомните, как он грамотно нас всех развел, привел китайца, мы все поверили, что это представитель фирмы BRELLO, а потом нам, сытым и пьяным, сказал: зачем нам ехать на фирму – можно напрямую отдать мистеру Ли Джуну.

Мы, соответственно, не хотели никуда ехать и согласились с удовольствием на это. Но этот китаец никаким образом к нашей фирме отношения не имеет. Так вот когда его китайские партнеры увидели, что один шар разбит и там нет бриллиантов, он начал обыски в наших номерах. Он никак не мог понять, кто конкретно это сделал. Именно эти обыски его и подвели в одной из комнат: он увидел то, что видеть не должен был, и его убили. Но об этом позже, мне нужен был тот, кто координировал его действия в Москве и вся московская цепочка. Вот, например, мне были подозрительны вы, Семен.

– Да? Странно, – немного испуганно сказал он и покосился на Виолетту, которая молчала весь вечер.

– Да, но после того, как я увидел вашу фамилию в заграничном паспорте, я понял смысл вашего странного поведения и исключил вас из подозреваемых.

Друзья мои, прошу вас знакомиться – Семен Иванович Самоваров.

– Но мы его знаем, – растерянно произнесла Оленька.

– Но Самоваров – это фамилия по матери, Семен был обижен на отца за то, что тот ушел из семьи и назло отцу сменил фамилию, вот только в заграничном паспорте не успел. По батюшке наш Семен Муха, да и батюшка его вот рядышком сидит, – Дмитрий рукой указал на шефа.

Шефу вновь пришлось вставать и объясняться.

– Да, друзья мои, это правда, но в защиту сына хочу сказать, что конфликта никакого между нами нет.

Фамилию же поменять его попросил я, чтоб на работе никто не узнал, ведь вы знаете – у нас это не приветствуется.

На этих словах Семен благодарно посмотрел на отца и улыбнулся. Всего лишь уголком губ, но это была первая улыбка отцу за последние десять лет, а значит, это была победа.

– Ну, конечно, я подозревал вас, Иван Сергеевич, но вас спасла Олечка.