Миру видней

Вы меня полностью убедили в том, что, жили бы вы в годы Великой Отечественной и были бы партизанкой, фашистам не надо было бы вас пытать – просто налили бы вам шампанского, и все, ни одной тайны, включая матрешку. Буду и я с вами откровенным: я майор ФСБ, расследую дело. Что вы замолчали?

Он обернулся и понял, что его откровенность осталась не востребована: Белла спала. Спала так сладко, что он залюбовался ею. Дмитрий первый раз в жизни подумал, что хочет смотреть на этого человека постоянно и не хочет, чтоб он исчезал из его жизни.

Он не знал, что бывает так: смотришь на человека и хочешь, чтоб он был рядом. Эта мысль была настолько новой в его жизни, что Дмитрий Иванович испугался и отложил ее на краешек сознания, он додумает ее потом, слишком много на сегодня потрясений.

Дмитрий, бросил мимолетный взгляд на наволочку, и вдруг что-то зацепило его взгляд. Наклонившись, он посмотрел внимательней. Не веря своим глазам, Дмитрий подскочил к осколкам и стал возиться в них. Затем вошел в ванную, плотно закрыл за собой дверь и набрал номер телефона.

– Капуня, спишь? Срочно приезжай в гостиницу и кого-нибудь из местных возьми с собой. Дениску можешь, только аккуратней, чтоб особо не светиться, – прошептал Дмитрий в телефон.

Следующий звонок начальству.

– Товарищ полковник, кажется, я все понял, сейчас подъедет лейтенант Сахарова с местным коллегой, и мы все проверим.

Только к двум часам Дмитрий Иванович закончил раздавать указания и решил, что может немного поспать. Так как Белла заняла кровать, он не стал ее будить, а устроился в кресле и моментально уснул.

* * *Дмитрий проснулся в пять утра от громкого стука в дверь и крика «пожар!». Он не понял, почему спит одетым и почему в кресле. Открыв дверь, он увидел бегущего портье, орущего на весь коридор «пожар!» и стучащего во все двери. Дмитрий схватил кроссовки и стал спускаться по лестнице. Когда он вошел в фойе, где стояли все постояльцы гостиницы, увидел и своих коллег. Женщины почему-то все без исключения плакали. Даже у железной Виолетты и легкомысленной Ники глаза были на мокром месте.

Мужчины же стояли со сосредоточенными, печальными лицами.

– Девочки, дорогие, ну зачем же так убиваться, ведь никто не умер, – попытался успокоить дам Дмитрий.

– А вот и нет, пожар в номере Курчатовой, оттуда валит такой дым, что даже если она не сгорела, то точно угорела, – на одном дыхании выпалила Оленька и расплакалась.

– Блин, Курчатова, точно, – Дмитрий ударил себя по лбу и ринулся к лестнице.