Миры Кемира

- Лайне! – Этар шагнул к моей кровати, пока я в смятении пыталась натянуть одеяло выше, до самого подбородка, словно оно могло спасти меня от проблем.

Но тут Этар сграбастал меня, со всем белым платьем и одеялом. Поднял, прижал к себе. Сел со мной на кровать, не собираясь отпускать.

- Лайне, девочка моя! – мужчина зарылся лицом в мои волосы, пока я, растеряв слова и мысли, прислушивалась к судорожному биению своего сердца. Или же это его сердце? Как разобрать, когда, казалось, они стучали в унисон?

- Ты не представляешь, – произнес Этар.

Я выпутала руку из кокона одеял и осторожно погладила победителя и защитника Хольберга по голове.

- Этар, я… Ты же видишь, я выжила! С твоей помощью. Ты ведь спас город и… И меня тоже!

Ничего не ответил. Переместил, перехватил меня, и теперь я оказалась прижата к его ключице, а он… Коснулся губами моего виска.

- Я должен уехать, – неожиданно произнес он. - Очень скоро. Вернее, меня уже ждут. Мне не хочется оставлять тебя, но должен. Я вернусь, Лайне. К тебе! Если ты…

Замолчал.

- Что – я?..

- Если ты захочешь меня видеть.

- Как я… Ρазве я могу не захотеть тебя видеть?! – переспросила у него, пытаясь понять, как смогу жить без его объятий. До этого жила и ничего, а теперь… Привыкла. Быстро, за считанные секунды.

- Лайне… – вздохнул он.

- Ведь все дело в нашей несовместимости? – обреченно произнесла я.

Мы несовместимы. Как Огонь и Вода, как весенние ростки и жестoкие заморозки… Как внучка Старого Короля и ар-лорд Хаас, верный слуга нового.

- Да.

- Расскажи, - попросила у него. - Я – сильная, смогу выдержать все. Все, Этар! Женщины Кемира, они…"

"- Они неспособны выносить наших детей, - произнес он резко. – Могут зачать, но… Умирают с младенцами в утрoбе. Да, Лайне, да! Не отворачивайся! Прошу, не отвергай меня! Побудь со мной ещё немного.

Замолчал, сжимая меня все сильнее, делая больно. Я молчала, прогоняя мысли и чувства, прислушиваясь к быстрому биению его сердца.

- Знаю, будешь ненавидеть, но… Сперва выслушай. Затем можешь судить.

- Кто я такая, чтобы судить вас? – прошептала я ответ, но он не расслышал.

Переложил меня на кровать, хотя я издала протестующий стон. Пересел на стул. Отдалился от меня в угоду уродливой пропасти, раскинувшейся между нами.