Миры Кемира

Вместо этого решил запереть в доме, превратив в наложницу своего сына…

- Как же некрасиво врать! – перебил меня следователь. Уставился маслянистым взглядом. Большой, расплывающийся в свете магического светлячка нос сморщился. – Столь юная и столь прекрасная дева… Но насквозь, насквозь лживая!"

"- Как… Как вы смеете?! – воскликнула я в ответ. Подскочила. Кажется, вердикт мне уже вынесли – без суда и следствия. Значит, и приговор не заставит себя ждать. - Да сказал Единобог своему учеңику, – в отчаянии процитировала строчку из книги дяди Никласа, - если придут мысли лживые, мысли убогие и порочные мне на ум, то…

- Полагаю, следует отрезать себе голову, - услышала знакомый голос.

– Угадал?

Следователь и писарь подскочили раньше, чем я успела ответить. Нет, спрашивающий не угадал… В книге говорилось об очистительном огне, в котором должны сгореть нечестивые помыслы, но слова вылетели из головы. В комнате царил полумрак, с которым едва справлялись два магических светлячка над головой.

Мне не нужен был свет, чтобы разглядеть мужчину, застывшего у двери, потому что его образ прижился в моей голове с момента, когда ар-лод подошел к нам с Трисс на вытоптанном поле перед Αкадемией Хольберга.

- Милорд Хаас… – начал следователь.

Видимо, поняв, что ответа не дождется, ар-лорд обратился к следователю.

- Господин Дошрез… Извольте объяснить, что здесь происходит?

Удушливая, жаркая волна прокатилась по моему телу, занявшись в сжавшемся от невысказанных слов горле.

Сейчас ему все, все расскажут! И он узнает, что Лайне Вайрис, словно сорвавшаяся с цепи магиня-отступница во время Кровавого Бунта, сожгла дом почтенного ростовщика Амгерда, а его сына так вообще… превратила в свинью. Не известным для капитана магического патруля способом. Страшное, бессмысленное преступление… Εсли не брать во внимание, что я защищала свою жизнь и честь.

- Милорд, эта девица…

- Нет! – воскликнула я. - Не слушайте. Это неправда! Не верьте ни единому слову, милорд!

- Молчать! – рявкнул следователь.

– А то загремишь у меня в карцер!..

Милорду явно не пришлось к сердцу такое обращение.

- Потрудитесь объяснить, Дошрез, - начал он, и его голос не предвещал ничего хорошего. Для следователя. - В чем суть обвинения…

Договорить не успел, потому что дверь вновь распахнулась, и в комнату ввалилось трое страҗников с приказом коменданта крепости Хольберга.

Надо же!.. Я замерла с открытым ртом, так же как и следователь.