Она начинает быстро моргать и пытаться отползти. Но я хватаю ее за щиколотку и тяну на себя.
Аня мотает головой.
- Ну, чего ты? – улыбаюсь я, притягивая ее и вклиниваясь ей между ног. – Анечка… - опять целую ее в шею.
- Нет, - вдруг произносит она, - я не хочу. Я… я боюсь… он слишком большой. Он убьет меня.
Мне смешно, но понимаю, что нельзя смеяться сейчас. Она ведь и правда испугалась.
- Ну, тихо, девочка, тихо, - шепчу ей в губы. – Он идеально войдет в тебя. Уверен. Не бойся.
Пока член упирается ей лишь в бедро и я опять пальцами нащупываю клитор.
- Вот так хорошо ведь, - ласкаю его и слышу опять стоны. – Расслабься, Анечка. Ты уже такая мокренькая. Хочешь ведь кончить? Скажи мне. Хочешь?
В ответ лишь протяжный стон.
- Вот так, девочка, - чуть опускаю член и приставляю головку к складочкам. Вожу по ним. И утыкаюсь в клитор. Массирую его членом.
И стискиваю зубы. У меня у самого дрожь по телу.
И вот, когда вижу, что Анечка уже на грани, аккуратно развожу пальцами складочки и толкаюсь.
Медленно. Пока только головка в ней, но у меня уже крышу сносит. Но нельзя.
В первый раз надо сдержаться. Я еще трахну ее так, как хочу я.
А сейчас наблюдаю, как Аня замирает от новых ощущений.
- Все хорошо, девочка, - шепчу ей на ушко, придавливая всем телом, чтобы не уползла никуда. – Ты такая красивая, Анечка. Ты мне очень нравишься. И глазки твои нравятся, и ротик, - все эти слова я шепчу, кружа бедрами, но не толкаюсь дальше. Жду, когда Аня расслабится. – Я сразу, как увидел тебя, понял, что ты моя.
Помнишь? Там, на парковке? И в офисе потом. Мне никто не нужен, Анечка, кроме тебя. Тебя хочу. Только тебя.
Головкой чувствую, как мышцы немного расслабляются. Да и Аня громко выдыхает на последнем моем признании.
- Девочка моя, - хриплю из последних сил. – Никому тебя не отдам. Никому. Моя. Только моя. Анечка. Моя Анечка.
Целую ее в скулу, подбородок, а потом и в губы.
И как только она открывает рот и сама толкает мне навстречу язык, я приподнимаю бедра и резко одним движением вхожу в нее.
Головкой ощущаю невидимую преграду, которая рвется под моим натиском.
От удовольствия все сводит.
Я первый у Анечки. Первый.
Глаза Анечки тут же распахиваются и крик тонет в поцелуе, потому что я не отпускаю ее губы. Уголки глаз становятся влажными.
Мне и жалко ее, но полученное удовольствие перекрывает все.
Я немного выхожу и уже медленнее скольжу назад. И еще.
Отрываюсь от ее губ и приподнимаюсь.
Аня закрывает глаза.
