Давно у меня таких не было.
Она, сама того не понимая, этими своими играми только еще больше заводит.
Острый язычок. Со мной так никто не разговаривал еще. Да и вообще я мало с бабами разговариваю. Зачем? Они созданы для другого.
И Анечка тоже.
Сколько она уже меня динамит? Больше не уйдет.
Языком облизываю ее губы и, наконец, проникаю внутрь. Ее ладошки на моей груди невольно скользят и у меня мурашки от ее прикосновений. Что же будет дальше? Точно башку снесет.
- Вам уже лучше? – спрашивает, когда я отрываюсь от ее губ.
- Еще нет, - отвечаю, пытаясь спрятать улыбку. – Я пока не уверен, что у меня все нормально функционирует. Как и раньше.
А у самого стоит так, что сейчас порвет все нахрен.
- Помнишь, что врач сказал? – спрашиваю, скользя нежно пальцами по ее руке. От плеча и вниз.
Мотает головой. И не сводит глаз с меня.
Ведет себя, как будто в первый раз под мужиком оказалась. Или играет так хорошо? Плевать. Мне в любом случае нравится.
- Только опытным путем можно проверить, - наклоняюсь и шепчу в самое ушко.
Касаюсь и его губами.
- Я…
Ее грудь так часто и высоко вздымается, что почти касается моей груди.
А ведь я еще ни разу даже и не трогал ее. Теряю хватку.
Кладу руку ей на живот. Она вжимает его. Глупенькая.
Веду выше и вот уже большой палец упирается в мягкий холмик. Провожу сначала пальцем.
Аня тут же хватает меня за запястье. Да что с ней?! Ей же нравится. Я вижу, что нравится.
Уже смелее накрываю ладонью грудь, несмотря на то, что она тянет ее от себя.
- Ань, - шепчу близко-близко, - в чем дело-то? Может, хватит игр? Ты мне нравишься. Я хочу тебя так, что сводит все.
Она закусывает губу и отворачивается.
- Я тебе совсем не нравлюсь? – чуть сжимаю пальцы на груди. Сука. Упругая какая. И как идеально в ладонь легла. Все как я люблю.
Теперь хочу без одежды прикоснуться. Расстегиваю пуговицы на блузке. Одну, вторую – не могу сдержаться и целую Аню в ключицы.
- Не надо, - шепчет Анечка и пытается отползти.
Похоже, надо действовать кардинально.
Отпускаю пуговицы на блузке и ныряю рукой под юбку. Стискиваю зубы, когда пальцы касаются резинки чулок.
Теплая и нежная кожа. И мурашки. Я прямо чувствую их. Набираю воздуха и веду руку вверх. Закрываю глаза.
Но как только мои пальцы касаются тонкой ткани трусиков, Аня вдруг вскрикивает:
- Нет!
Что такое?
Я даже отстраняюсь. Открываю глаза.
Аня тянет юбку вниз и запахивает блузку.
- Пустите меня. Пожалуйста, - а у самой как будто слезы в глазах.
