Временами я вспоминала про Верину, надеясь на то, что она смогла выбраться из города без потерь. О Пипе я тоже думала. Вот бы весточку ей передать. Жаль, ничего похожего на блюдце здесь нет.
Арестантам давали быстро хлебнуть из деревянной кружки воды с неприятным привкусом, да сухари погрызть. Если бы кто-то уличил меня в попытке магичить, последствия были бы более. Плохими.
Вообще: я искренне возмущалась. Этот мир несправедлив к ведьмам и нечисти! Вот лекари, например, варят зелья с крупицами магии. И крысоловы тоже пользуются чем-то подобным! Так почему на ведьм охотятся, а им - хоть бы хны?
Я подозревала, что инквизиция давным-давно определила «выгодную» и «неугодную» им магию.
И маленькая неудачливая кикимора явно попадает под вторую категорию.
Я в дерьме.
Самое время... Привыкать к тюремным порядкам? Хотя, вряд ли здесь у меня спросят: «Вилкой в глаз или в жопу раз?».
Тихонько вздохнула, забившись в сырой угол. Смотрители уже попытались придраться к моему внешнему виду.
— Чегой-то такая зелёная? - спросил один, подозрительно щурясь.
Судя по всему, нечасто в этих казематах нечисть встречают.
— Такой уж уродилась, - тихо буркнула в ответ.
— Ну-ну, - недоверчиво хмыкнул мужик, - братья из Ордена быстро из тебя ведьмовскую дурь выбьют.
Моё сердечко трусливо сжалось от неприятного предчувствия. Я постаралась успокоиться (безуспешно), внезапно подумала о Вальдесе и. Обиделась на него.
Этот змей где-то на воле шляется, пока я в тюрьме сижу!
«Нинель, дорогая, он ведь ничего тебе не должен» - возразило сознание.
— Должен! - надрывно воскликнула я. - Спасти меня. Должен.
— Уже сама с собой говорит, - фыркнул смотритель, - окончательно свихнулась девка.
— У-у-у! - печально завыла я, присоединяясь к стенаниям остальных заключенных."
"Мамочки. Здесь так страшно, отвратительно и. И. Безнадёжно. Я боюсь умереть в этих холодных стенах, среди мерзких насекомых и безразличных людей. Боюсь того, что моя мама даже не узнает о том, где её дочь рассталась с жизнью .
В подобных метаниях прошёл ещё один день. И ещё. А потом смотритель радостно заявил:
— Его Святейшество дал разрешение на пытки зелёной!
Что?! М-меня будут пытать? Но зачем? Даже не допрашивали толком, а сразу пытают!
Мужик резко стукнул кружкой по прутьям тюремной решётки и заржал, когда я испуганно дёрнулась от звука:
— Боишься, ведьмовское отродье? Ну-ну! Для тебя подготовили жуткую пытку.
Я вжала голову в плечи, вполне искренне дрожа от страха.
