В конце концов, семья Нинель осталась при «своих» телах. А вот она сама, как и прежде, при переходе в иной мир принимала привычный облик кикиморы.
— А чёрт его знает, - пожала плечами Ферция, - кто эти реликвии разберет? Считай: Перепутье дало тебе искусственное тело, да только прижилась ты в нём шибко. Оттого и ходишь, с водой балуешься...
Ферция, кстати, собралась на заслуженную пенсию. Болотом теперь правит другая ведьма
— Полуша. Уж такой способной она оказалась, словами не передать! И с нечистью помирилась, и Сердце Перепутья ей на сохранение отдали.
Деревенские только дрожат по своим домам, всё мести со стороны Полуши боятся. Их ещё со времён инквизиторов страхом проняло.
К слову, Анфилиус на болота вернулся. Только, как и предсказывали ехидные ведьмы: стал он тем ещё божьим одуванчиком. И очень, очень привязался к Ферции. Вначале ведьма злилась. Порчу на него наводила, пыталась прогнать - а бывший инквизитор всё возвращался.
Сейчас (насколько знала Нинель), ведьма сменила гнев на милость. Но, кто знает, надолго ли?
Вася выглянул из -за прилавка и попытался стащить жареную баранью ногу, за что получил предупредительный щелчок но носу. Крокодил издал грустное скуление и завертелся подле Нинель, мотая длинным хвостом.
Да, его бросить она тоже не смогла. Конечно, Вася то и дело возвращается на болото, но он (стараниями Нинель) был в большей степени одомашнен. Конечно, до той поры, пока дебоширы не пытались навредить таверне.
— Мой домашний крокодил очень давно не ел человеческого мяса, - тяжко вздохнув, молвила Нинель, с хитрецой поглядывая на головорезов, - но это можно исправить в любой момент.
Местные, вначале, опасались «нечистую» таверну, но со временем так к ней прикипели, что и вовсе перестали замечать странности. Ну, бывает, хозяйка зелёная. Ну, да, у неё при себе ручной крокодил. Кто нынче безгрешен?
Кстати говоря. Принц Гилберт стал -таки королем.
Нинель в ту пору неприятно удивилась. Она-то думала, что засранцу скорее задницу прострелят за чрезмерные любовные похождения. Но - нет.
К тому же, Гилберт, внезапно, стал очень набожным. Возможно, на него повлияло то впечатляющее разрушение монастыря. Короче, нынешний король теперь сторонник здорового образа жизни, отменил гонения на нечисть и подозрительно вздрагивает всякий раз при упоминании магии.
