Мисс Марпл

А потом, ведь в сарае нет ничего, на что можно польститься, мы так и оставляли ключ на гвозде. Это удобно и для нас, и для тех, кто приходил на собрания Общества женщин; хранить его в доме не совсем удобно, особенно, когда им хотелось заранее подготовить место для своих собраний. Ведь у нас только одна приходящая служанка и нет слуг, которые бы жили в доме...

Голос ее замер. Говорила она механически, произносила слова, объясняла, а в мыслях была где-то далеко.

Седрик быстро взглянул на нее с недоумением.

– Ты волнуешься, Эмма? К чему это?

– Но, право же, Седрик, – сказал Гарольд, выведенный из терпения, – как ты можешь спрашивать такое?

– Да, могу.

Само собой разумеется, эта никому не известная молодая женщина сама покончила с собой в сарае Рутерфорд-холла, хоть и звучит это как мелодрама времен королевы Виктории. И, естественно, для Эммы это удар. Но ведь Эмма слыла здравомыслящим человеком, и я не понимаю, почему она теперь должна волноваться. Плюнь ты на это, ко всему можно привыкнуть.

– Некоторые привыкают к убийствам уж слишком легко. Вот, например, там, где ты живешь, – ледяным тоном сказал Гарольд. – Уверен, что на Майорке убить человека сущий пустяк и...

– Ибица, а не Майорка.

– Все равно.

– Ничего подобного. Это совсем другой остров.

Гарольд продолжал:

– Я думаю так. Хотя для тебя убийство может показаться вполне привычным явлением, потому что ты живешь среди пылких и страстных людей латинской породы, тем не менее, мы в Англии к таким вещам подходим очень серьезно.

..

И еще с большим раздражением добавил:

– И право же, Седрик, появляться на людях в таком виде...

– А чем тебе не нравится мой костюм? Он очень удобный.

– Это неприлично.

– Ну, ладно. Во всяком случае, это единственный костюм, который я взял с собой. Я примчался, как сумасшедший, не упаковав сундук с костюмами, а все для того, чтобы помочь в этой истории. Я – художник, а художники любят свободную одежду.

– Ты все еще пытаешься рисовать?

– Знаешь, Гарольд, когда ты говоришь, что я пытаюсь рисовать.

..

Мистер Уимборн стал покашливать довольно властно.

– Эта дискуссия ни к чему, – сказал он укоризненно. – Я надеюсь, моя дорогая Эмма, вы сообщите мне до моего возвращения в город, чем я мог бы оказаться вам полезен.

Его вмешательство подействовало. Эмма быстро ответила:

– Вы очень любезны, что приехали сюда."

"– Ну, что вы. Просто необходимо, чтобы кто-то присутствовал на следствии и следил за всей процедурой от имени семьи.