Миссия: разлюбить засранца
0 прочтений
Мы болтаем обо всем на свете. Мне сложно не заметить, как девчонки оглядываются ему вслед. Но, Клюева это, похоже, совершенно не заботит. Очевидно, он привык к вниманию.
Всю дорогу я задаюсь вопросом: он сердцеед или сам по себе такой? Рома не пытается из себя ничего воображать. Нет этой самовлюбленности и надменности, как у большинства симпатичных парней пресыщенных женским вниманием.
Сейчас, при свете дня, я могу его лучше рассмотреть, и еще больше удивляюсь тому, что он позвал на свидание именно меня.
По-мужски красивый упрямый подбородок, четко-очерченные губы, с которых не сходит хитрая усмешка. Под темными, иронично изогнутыми бровями блестят голубые как небо глаза. В них читается вызов. Нет, не лично мне. Скорее, этому миру. Он первоклассный красавчик. И точно об этом знает.
— Почему именно хоккей? — интересуюсь, когда мы уже подходим к катку.
— Меня двоюродный брат подсадил. Он тогда еще в молодежке играл, я увидел его на льду и захотел также. Он сейчас играет за «Молнию».
— Не-а, — качаю головой. — Я не сильно разбираюсь в хоккее.
— Ничего, я тебе все расскажу, — в его голосе звучит обещание. — Если ты, конечно, захочешь, — шаловливо играет бровями, как бы намекая на нечто большое.
Сжимаю губы чтобы не рассмеяться, и стукаю наглеца в плечо, чтобы прекратил меня дразнить. Так друг друга толкая и весело переглядываясь, мы доходим до катка и подходим к кассам. Рома даже не дает мне слово вставить и сам расплачивается, а когда я предлагаю вернуть деньги лишь фыркает, отрезая:
— Не обижай меня, Полина Устинова! Еще чего не хватало! Платить она вздумала!
После мы подбираем коньки по размеру.
— Ты слишком сильно затягиваешь. Пятка должна быть сдвинута назад. Если сильно перетянуть или недотянуть, при падении можно получить травму. Вывих или растяжение.
Он быстро справляется, поднимается и тянет меня за руки.
— Попрыгай, — просит, и я делаю. — Удобно? — киваю головой. — Отлично! Тогда пошли!
Клюев первым выходит на лед, уверенно становится на ноги, делает задним ходом небольшой круг и возвращается на место, пока я робко мнусь у входа.
— Давай, плюшка, смелее! — Рома протягивает мне руку и я, ступив на лед, хватаюсь за нее, точно как за спасательный круг.
