Миссия: разлюбить засранца

Вчера, к слову, мне пришлось обрезать прядь волос из-за жвачки, которую кинули мне в голову.

Приятного мало, но я не позволяла себе раскисать у всех на глазах. Стойко терпела и даже пыталась поговорить с Королевой и ее компашкой недоумков, но те все делали недоуменный вид, мол, опять эта Устинова с ума сошла и придумывает невесть что.

— Идиотка, — разгневанно шиплю, падая на стул рядом с Уткиной. Та на мой выпад издает смешок.

— И чего она к тебе прицепилась?

— Хотела бы я знать, — ворчу, доставая тетрадь и учебник.

Я правда не понимаю, почему Королеву именно сейчас прорвало. Можно было бы подумать, что все из-за Долматова, но он в последнее время даже сидит с ней. Ну или она с ним.

Айдар сдержал свое обещание. Он больше не писал мне сообщений, не отвешивал комплименты и не оказывал знаки внимания. Для него я словно стала пустым местом. Короче говоря, получила, что хотела. Не то чтобы это хоть на шаг меня приблизило к миссии «разлюбить засранца». Кажется, когда мы отдаляемся друг от друга, Айдар становится еще желание.

К счастью, когда начинается урок, Горгулья не замечает мой непрезентабельный вид, поскольку пятна закрывает парта. С нее станется отвесить мне пару саркастических замечаний. Как будто мне недостаточно их на сегодня.

В середине урока мне в голову прилетает скомканная бумажка. Тру затылок и, взяв бумажку с парты, разворачиваю.

«Толстуха» — написано большими буквами на весь лист.

Развернувшись, пытаюсь вычислить засранца, который кинул это гадство, но все заняты написанием лабораторной работы.

— Устинова, в тетради Ершовой есть что-то чего нет в твоей? — звучит недовольный голос Горгульи.

Проклятье, она подумала что я списываю!

— Нет, извините, — качаю головой, разворачиваясь, и чуть ли не носом утыкаюсь в тетрадь.

Через две минуты мне в голову снова прилетает бумажка.

Не обращаю внимание, сильнее стискивая ручку в кулаке.

Надеюсь, химичка заметит этого метателя кем бы он ни был.

Однако в меня летят еще три бумажки, а Наталья Юрьевна ничего не замечает.

Когда еще одна прилетает на мой стол, я, рыкнув, оборачиваюсь, чтобы найти этого гаденыша и на перемене затолкать ему эти чертовы бумажки в глотку.

— Устинова! — гаркает химичка. — Последнее предупреждение!

— Извините, — скрипя зубами, поворачиваюсь, отчетливо слыша смешок.

Еще две бумажки прилетают мне в затылок. Удивительно меткий придурок. И (да неужели!) Горгулья ловит метателя с поличным.