Миссия выполнима

Так, Жора, ты помнишь, что делать? Сцена короткая, ничего сложного. По команде открываешь дверь, видишь Лену, удивляешься и спрашиваешь: «А вы что тут делаете?»

– Тогда пару раз попробуем и начнем снимать.

Репетиция проходит успешно, Георгий все выполняет без запинки, сразу чувствуется, тренировался не напрасно.

– Отлично! – Лабудянский хлопает в ладоши, – начинаем.

Гример припудривает Жоре лоб. Тот подмигивает нам.

– Денег больше проси, – шепчет Борька.

Через пару минут все готово. Действие происходит в той же спальне, только теперь вместо трупа на кровати сидит девушка.

Ее я тоже, кстати, видел в каком-то фильме. Мы в кадр не попадаем, поэтому продолжаем сидеть на подоконнике. Что ж, посмотрим, каков наш друг в деле. Надеюсь, он не ударит пудрой в грязь и докажет всему богемному миру, что менты умеют не только бумажки писать и водку пить.

– Приготовились! Тишина на площадке! Начали! Жора, можно!

Распахивается дверь в спальню. Георгий чуть взволнован, что и понятно. Секунду-другую смотрит на актрису, после резко разворачивается к Лабудянскому

– А что мы тут делаем?

– Стоп! Стоп! Жора, смотрим на Лену, а не в камеру.

И не «мы», а «вы». Давай еще раз.

– Я не ошибся, Вениамин Антонович, – Жора остается на месте, – я спрашиваю, что мы тут делаем?

Вопрос задан громко, и присутствующие невольно устремляют взгляды на нашего друга.

– Жора, мы снимаем сцену, – Лабудянский растерянно присаживается на кровать, – тебя смущает текст?

– Текст нормальный… Меня смущает моральная сторона вопроса.

– Объясни, пожалуйста, в чем дело? Нам надо работать. Мы и так выбились из графика.

– Попытаюсь, – Георгий пододвигает табурет и садится напротив режиссера, – представьте себе картину, Вениамин Антонович. Обычную, житейскую картину. Живет замечательный, чудный, возможно, талантливый парень. Он не сделал никому ничего плохого. Никого не грабил, не убивал, не насиловал… Наоборот, считая себя талантом, он мечтает доставить людям радость, совершенно искренне. У него море идей и проектов. Он хочет издать книгу, поставить пьесу, снять фильм.

Он хочет оставить глубокую борозду в истории, чтоб люди восхищались его делами и его мастерством. Хочет… Но не может… По самой банальной причине. У него нет на это денег. И никто их просто так не дает. А без них идеи останутся идеями, будь они хоть трижды гениальны…

Жора смахивает капельку пота, сползающую на лоб. Прожектора не только светят, но и греют.

– Но вот однажды появляется добрая фея, боготворящая его талант.