Но подать информацию в таком ракурсе — это было в стиле Виталия. Срочно собрались с нашими геологами и металлургами — надо покупать предприятия полного производственного цикла по выплавке металлов из руды и производству проката из них. Генеральные менеджеры были озадачены поисками подходящих компаний для приобретения, прежде всего в России.
Начались интенсивные поиски партнеров — нам требовалось найти предприятия с полным производственным циклом по производству первичных металлов, в которых мы могли приобрести контрольных пакет акций.
Через полгода у нас стало что-то вырисовываться, на благо, не все еще заводы скупили монополии. Пришлось создать свое министерство металлургии со штатом двести человек — по-другому это подразделение трудно было обозначать, которое обеспечивало управление компаниями от добычи руды до выплавки металлов и производства проката из них. Благодаря им мы приобрели компетенции по производству почти всех металлов, необходимых в промышленности, затраты на приобретение акций превысили двести миллиардов долларов — почти всю нашу годовую выручку, правда это произошло не сразу, а в течение двух лет.
Наши предприятия по производству металлов и проката из них находились внизу первой десятки — нам этого было достаточно. Они первые переедут на новую планету, будут обеспечивать ее металлами и прокатом из них.
Мы зарегистрировали от имени России открытые нами месторождения нефти и газа в Атлантическом и Тихом океанах в международных органах и начали легальную добычу в них уже от своего имени.
Скважины в США мы заранее продали, предварительно снизив в них добычу до исходных значений. Для атлантической нефти построили терминал на Кубе, тихоокеанскую нефть продолжили качать в Науру, убавив долю правительства Науру до одного процента с оборота (в связи с вновь открывшимися обстоятельствами, как мы им пояснили), но увеличив при этом объем добычи в два раза, пять процентов пришлось платить в России — месторождения были зарегистрированы от имени РФ.
Но даже один процент для такого количества нефти было много, поэтому правительство РФ предоставило нам в аренду один из Курильских островов для строительства нефтяного и газового терминалов. Мы продолжили поиск месторождений нефти и газа в глубинах мирового океана для увеличения своей ресурсной базы. Представители ЕС вышли на нас с желанием закупать у нас газ. Мы отказались, указав, что они ненадежные партнеры и привели в пример судьбу «Северного потока-2».
