Миссия Шута

Вот только мой путь к спокойствию будет более тернистым.

Я оставил его спать возле умирающего костра, в теплых лучах восходящего солнца.

– Присмотри за ним, – сказал я Ночному Волку.

Я ощущал, что у волка болят бедра, эхом отвечала моя боль в изуродованной шрамом спине. Нам обоим не стоит ночевать под открытым небом. И все же я бы предпочел спать на влажной земле и не возвращаться в хижину, где меня ждала Старлинг. Впрочем, лучше не откладывать неприятные разговоры, сказал я себе. Походкой глубокого старика я направился домой.

Возле курятника я остановился, чтобы взять свежих яиц. Куры уже проснулись. Петух взлетел на починенную мной крышу, дважды взмахнул крыльями и протяжно закукарекал. Утро, да… Одно из тех, которые лучше бы не наступали."

"Войдя в хижину, я подбросил дров в камин и поставил вариться яйца. Потом взял последний каравай хлеба, сыр, что привез мне Чейд, и травяной чай. Старлинг никогда не была ранней пташкой. У меня оставалось еще много времени, чтобы обдумать, что я ей скажу, а о чем умолчу.

Пока я приводил комнату в порядок – главным образом складывая разбросанные ею вещи, – в моем сознании промелькнули последние годы. Мы знали друг друга больше десяти лет. Точнее, я думал, что знаю ее. Затем я назвал себя лжецом. Я действительно хорошо знал эту женщину. Подобрав ее небрежно брошенный плащ, я ощутил аромат Старлинг. Прекрасная шерсть, отметил я. Муж заботится, чтобы у нее было все самое лучшее. Самое ужасное, что поступок Старлинг совсем меня не удивил. И я укорял себя за то, что не предвидел такого поворота событий.

В течение шести лет после Очищения Бакка я ни с кем не поддерживал отношений. Не встречался с людьми, знавшими меня в Баккипе и Оленьем замке. Мое существование в качестве Видящего, ученика Чейда и незаконнорожденного сына принца Чивэла, закончилось. Я превратился в Тома Баджерлока, целиком и полностью погрузившись в новую жизнь. Мне удалось исполнить свою давнюю мечту: я отправился в путешествие вдвоем с волком. И только с ним советовался, как поступить.

Мне удалось найти подобие мира в своей душе. Конечно, я скучал по людям, которых любил и которых оставил в Оленьем замке. Иногда мне их ужасно не хватало. Однако я наконец освободился от прошлого. Голодный человек может мечтать о горячем мясе с подливкой, отдавая должное хлебу и сыру. Я создал для себя новую жизнь, и если в ней не было вещей, дорогих моему сердцу прежде, взамен я получил простые радости, которых не знал раньше. Я не роптал.