Мистер Морг

Сквозь пронзительный звон в ушах он услышал, как с поляны кричит Ларк:

Он снял с плеча охотничью сумку и закрыл глаза — они все равно были сейчас бесполезны. Вместо них сейчас смотреть должны были его пальцы. Он нащупал пороховницу, свинцовый шарик и лоскуток ткани.

— Мэтью! — кричала Ларк.

Он засыпал порох, вынул из гнезда шомпол и загнал внутрь кусочек ткани и пулю. Потом открыл полку. Насыпал порох на полку. Закрыл ее. Что он забыл? Что-то очень важное. Шомпол. Он остался в стволе.

Если он потеряет его, пистолет превратится просто в кусок железа. Он извлек шомпол из ствола и…

Справа раздался выстрел. Пуля просвистела у самого его уха. Может быть, Морг и ранен, но пока еще он вполне способен быстро зарядить пистолет в темноте.

Мэтью открыл слепые глаза, видевшие лишь текучие завесы света, и пальнул в ту сторону, откуда прозвучал выстрел Морга. Он услышал, как пуля врезалась в ствол дерева. Небось Грейтхаус как следует попенял бы ему за то, что он выстрелил так поспешно и выше, чем следовало.

Следующей мыслью было, что, хоть Морг тоже стрелял вслепую, нужно переместиться, дабы тот не определил положение Мэтью по звуку. Схватив сумку и держа пистолет, как дар Божий, он лег на живот и пополз вправо по опавшим листьям, корням и светящимся грибам.

Он прислонился спиной к дереву и с закрытыми глазами начал снова заряжать пистолет. Он успел дойти лишь до середины процесса, когда его оглушил еще один выстрел, раздавшийся где-то впереди, но куда полетела пуля, он не понял.

Главное, что она не попала в него. Порох на полку подсыпан? Шомпол вынут? Да. Он прицелился в ночную тьму, нажал на спусковой крючок — и проклятый укороченный пистолетик не выстрелил.

Мэтью большим пальцем отвел курок назад, рука его дрожала. Все, что угодно, черт возьми, могло пойти не так. Мог сместиться кремень. Могло забиться запальное отверстие. Или на полке недостаточно пороха. Он на ощупь открыл полку и насыпал на нее еще пороху из пороховницы.

— Мэтью! Мэтью, ответьте! — почти в панике умоляла Ларк.

Сквозь ее зов ему было слышно, как голосит Фейт — словно ребенок, которого собираются отшлепать.

Он открыл глаза. В пелене дыма и ослепительном свете из подлеска футах в двадцати взмыл вверх сноп красных искр. Звук выстрела он услышал за мгновение до того, как в футе над его головой пуля вышибла щепки из ствола дерева.