Мистер Морг

Ну не могло такого быть. Я это нутром чувствую. И сразу после этого Мизз Лавджой заявляет, что хочет побеседовать с каждой из нас наедине — чтоб выяснить, из-за чего Китт могла сбежать вот так, даже жалованья за неделю не получив. Она сказала: «Чтобы выяснить, что могло быть для Китт такой тяжелой ношей». Я, когда у Мизз Лавджой сидела, только про то думала, кто бы это мог быть — ну, который перед Китт нарисовался и ей в лицо фонарем светил. А рот я на замке держу. Вот и все.

Опал огляделась по сторонам — не подкрался ли кто-нибудь и не подслушивает ли.

Странная история, подумал Мэтью. Ничего не поймешь. Могила вырыта и засыпана, но в ней нет ни гроба, ни тела? Гроб и тело грузят в повозку и увозят — куда? Очевидно, это знает Башкан. Мэтью подозревал, что и миссис Лавджой знает. А что стало с Китт? Действительно она сбежала или…

Мэтью помнил, что в задней части повозки у Башкана лежала здоровенная киянка. Но что такого страшного увидела Китт, чтобы ее за это убивать? Видимо, тут какая-то важная тайна.

Если, например, девушка-работница решила попросить небольшой прибавки к жалованью в обмен на свое молчание, может, и пришлось пустить в ход киянку. А может, было решено сразу воспользоваться киянкой потому, что если бы та же девушка-работница связалась с родственниками кого-то из умерших и подговорила их приехать да раскопать могилу…

— Сегодня вечером, — сказала Опал, — он проделает то же самое с вдовой Форд.

Мэтью теперь знал: все, что делает Башкан, омерзительно. А делать что-нибудь омерзительное — главное качество Тирантуса Морга.

— Давай-ка я отведу тебя обратно, — предложила Опал, вдруг заговорив усталым голосом и как будто постарев. — Да, а мужчина, о котором ты спрашивал, — я никого такого не видела.

Она пошла обратно, в сторону кладбища, но Мэтью не последовал за ней, и она остановилась, чтобы подождать его. Он спросил:

— Как твое полное имя?

— Опал Далила Блэкерби.

— Хорошо, Опал Далила Блэкерби. Вот, держи. — Он сунул руку в карман темно-зеленого жилета, нащупал то, что, как он знал, должно там лежать, и извлек на свет божий. — Подойди и возьми.

Она медленно подошла и, взяв вещицу, которую он ей протягивал, сначала удивленно посмотрела на нее, потом на него и снова на нее.

— Оно… Оно настоящее?

— Да. — Кольцо, конечно, было из настоящего золота. Был ли красный камень рубином? Это пусть она сама выясняет.